Книга Развод в 43. Не прощу и буду счастлива, страница 42 – Мира Спарк

Из них хоть кто-нибудь о работе думал, когда сюда ехал?

— Куда же вы вчера пропали? — вместо приветствия начинает Кирилл. — Я вчера все оббегал… пришлось травиться местной стряпней одному.

Куда «мы вчера пропали» вспоминать совсем не хочется.

Как и смотреть на Андрея Васильевича. Он неприятен мне.

И в первую очередь как напоминание — мой-то муж, судя по всему, не далеко от него ушел.

Андрей бросает на меня осторожные взгляды, но я стараюсь не встречаться с ним глазами.

— Я в номере была… — вру, только чтобы не развивать эту тему. — Устала вчера и решила пораньше спать.

На лице Андрея мелькает что-то — смесь злости, стыда и досады.

— Ладно, — бурчит Кирилл, — пойду за кофе… тебе взять, Вер?

Киваю.

Чашка кофе сейчас точно не повредит.

По крайней мере, перебьет неприятный флер исходящий от мужчин.

Хотя… они и сами постарались его перебить своей туалетной водой, но как-то безуспешно.

Как только Кирилл отходит, Андрей откашливается и начинает разговор:

— Вера, — его голос хриплый. — Насчет вчерашнего… Думаю, тебе не стоит распространяться об этом. Неловкая ситуация, понимаешь ли. Все мы взрослые люди.

Я медленно поднимаю на него взгляд, держа лицо абсолютно бесстрастным.

— Я никому ничего рассказывать не собираюсь, Андрей Васильевич, — специально зову его по имени отчеству, чтобы вновь дистанцироваться. — У меня нет ни времени, ни желания обсуждать ваше поведение или кого-то воспитывать. Но и находиться в вашем обществе сверх необходимого по работе я тоже не намерена.

Он вспыхивает мгновенно, его щеки покрываются нездоровым румянцем.

Стыд тут же сменяется агрессией.

— О, вот как! — он шипит, стараясь, чтобы его не услышали окружающие. — Сразу на дыбы! Могла бы и проще отнестись. Легкая история в командировке, ничего особенного. Не строила бы из себя невесть что!

Его слова обжигают.

Но я не отвожу взгляд, встречаю его налитые кровью глаза.

— Знаете, Андрей Васильевич, меня поражает, насколько у вас, мужчин, все просто и примитивно устроено в голове. Есть только ваши сиюминутные желания, а все остальное — семья, данное слово, уважение к коллеге — просто исчезает. Вы свою жену дома совсем забыли? Или вам просто наплевать?

Он отшатывается, словно от пощечины.

И дать ему пощечину — не кажется плохой идеей.

Сдерживаю порыв.

Злоба на его лице становится почти осязаемой.

Он хочет что-то сказать, резкое, колкое, но в этот момент в зале включают микрофон, и модератор объявляет о начале утренней сессии.

Слышу, как он скрипит зубами, но в этот момент возвращается Кирилл с двумя стаканчиками кофе.

— Вот и попили кофейку, — сокрушается он. — Ну ничего, в машине попьем.

Сегодня участников конференции организованно отвозят к месту проведения на больших автобусах.

Благодарю за это судьбу, ведь могу занять место подальше от Андрея Васильевича.

Стекла в автобусе быстро запотевают — видимо, мое отношение к рабочим командировкам тут разделяют далеко не многие.

Я делаю глубокий вдох, разжимая сжатые кулаки.

Дрожь в руках постепенно утихает.

Унылое лицо Андрея мелькает где-то позади, и я понимаю, что хоть и одержала победу в нашей короткой стычке, но до конца командировки он так и останется унылым пятном где-то на фоне.

Конференция продолжается.

Спикер, энергичный мужчина лет сорока, представляет проект экспериментальной установки по переработке отходов.