Книга Божьим промыслом. Кинжалы и вексели, страница 57 – Борис Конофальский

Да, показательная казнь гнилого адвоката начинала давать свои плоды, и Волков не сомневался, что это только начало. Он передаёт список Хуго Чёрному: поглядите. Тот быстро всё оценил и говорит:

— Маловато фамилий. Но в общем… Все главные здесь.

— Я благодарен вам, друг мой, — Волков улыбается сенатору. Теперь, после этого списка, весть о котором непременно распространится по всему городу, он был уверен, что сенатору деться больше некуда. И дальше речь пошла о ближайших голосованиях в сенате. И тут Фейлинги были особенно внимательны, очень братьям хотелось прибрать к рукам должность прокурора города. А когда сенатор и братья уже собирались выходить, он отозвал Хуго Чёрного в сторону и говорит ему тихо:

— Хуго, друг мой, вы уж позаботьтесь о том, чтобы об этом списке весь город узнал, и чтобы все так же знали, кто нам этот список составил.

* ⠀ * ⠀ *

Фриц Ламме явился к ночи, когда баронесса уже переоделась, распустила волосы и сидела за столом, пересказывая мужу события дня. День у неё выдался насыщенным, событий было много. А когда пришёл Сыч, Элеонора Августа одеваться и волосы прятать не стала, чепца под рукой не было, для неё он был одним из слуг, чего перед ним стараться-то? Посему баронесса пошла и легла в кровать.

— Всё сделали, экселенц. Стража было, прибежала…

— И что?

— Да ничего, Нейман с ними поговорил, они и ушли. А Тому Краузе мы разбили морду, руку сломали… В общем без лютости, но телеги с добром отобрали. Они как раз из дома уже добра натаскали. —

Объясняет коннетабль.

— А что за добро? — интересуется Волков.

— Один воз, так всё одёжа, — отвечает Сыч, — хорошая одёжа, господская. Меха всякие, бархаты, четыре сундука полных. Видно, господа бежали, когда про холода не думали, а тут вон они уже через месяц, через два, уже и нагрянут. А второй… так там тазы, да котлы, да кувшины всякие с вёдрами. Для кухни всё… Но тоже хорошее, медное, новое.

Волков кивает: хорошо. И говорит:

— Мне телеги и лошадей. Отгони в Эшбахт, всё остальное подели меж людьми. То поверх обещанной платы пойдёт.

— Угу, — у Сыча вид довольный, видно там и вправду одежда неплохая. — Всё сделаю, экселенц.

— По-честному подели! — настаивает генерал.

— Ну, оно понятно.

— И запомни тех людей, что с тобой были, они вроде в деле хорошо себя показали.

— Хороши, хороши, так этих людей Нейман сам привёл, он их хорошо знает, они из роты его, — поясняет Сыч.

А на следующее утро, хоть баронесса и противилась тому, они всё-таки покинули гостеприимный дом своих родственников, дав тем наконец вздохнуть в своём жилище свободно. Урсула Вильгельмина, его внучатая племянница, вышла провожать семейство барона с Кёршнерами. Провожала и обнимала, обняла она и буйных братьев, и была она так прекрасна, что даже своенравный и задиристый, чурающийся всяких объятий молодой барон Карл Георг, и тот деву приобнял публично, к умилению всех присутствующих. И дед, держа её на руках, вспомнил свою дочь, бежавшую от него вместе с матерью, вспомнил и пообещал внучке в следующий раз привезти ей подарков.

⠀⠀

Отец Марк приехал в Эшбахт в тот же день, что и барон, только к вечеру. Приехал не один, с ним было четыре известных мастера.

Все важные, в хорошей городской одежде. Компания разместилась в трактире. И уже на следующий день, едва позавтракав, он отправился со всеми ними к замку. Поп и мастера ехали смотреть место и делать разметки для чистки участка и копки фундамента, генерал же ехал смотреть свой замок.