Книга Сердце Снежной королевы, страница 70 – Эва Гринерс

— Елисей Иванович, ну быстрее же к делу, сейчас лопну от нетерпения. Почему так срочно писать надо? Уезжает он, что ли?

Елисей Иванович выдохнул взбудоражено.

— Уезжает на днях. Порыскал тут, как обычно, и собрался дальше. Только вот за вас, возможно, и зацепится. Так что, пишите ответ, что ждёте его.

Он засуетился в поисках бумаги и чернил, а я смотрела на Соню, играющую с котёнком и думала. Если выгорит эта

игра с Демидовым, и придётся срочно уезжать, то что же мне делать с ними?

Закончив писать ответ графу Демидову, я не торопилась запечатывать конверт. Отчего-то медлила.

— О чём вы задумались, госпожа? — поинтересовался Елисей, присматриваясь ко мне. Он взял мягко конверт из моих рук и отложил его.

— Елисей Иванович, — не выдержала я, — скажите, мне отдадут Сонечку? Родственники эти её, они отдадут девочку, если у них попросить. Может, выкупить. Я не знаю…

Елисей как будто бы ждал этого моего вопроса, не удивился, лишь понимающе кивнул.

— Я знал, что зайдёт разговор об этом, госпожа Мали. Как вы, наверное, уже поняли, решить можно любой вопрос. Но вначале нужно подумать как следует.

— Что же тут думать! — почти что вскричала я и поднялась со своего места. Сделала несколько нервных шагов. Елисей спокойно наблюдал за мной.

— А как вы себе это представляете? Крепостного права уже, чай, нету, да и девочка, хоть сирота и у родни в услужении из милости… захотят ли отдавать? Они добропорядочные люди со своими представлениями о морали.

— Но ведь… — я попыталась найти аргументы, доказывающие, что Сонечка им не нужна, а девочкой нужно серьёзно заниматься.

— Госпожа Мали, — мягко произнес Елисей, — я попытаюсь поговорить с ними и убедить, чтобы девочку определить к вам. Буду говорить, что она не будет ни в чём нуждаться, а также, что вы уплатите им, скажем, за год вперёд… или ещё поболее. Мол, дело это благое и очень выгодное. Понимаете? Объясню, что их имя и репутация не пострадают в этой сделке.

Сжав нервно кулаки, я ответила, оглядываясь на Соню:

— Я уплачу любые деньги, конечно. Странно, что девочка так была забита и несчастна в их доме, а их нужно убеждать в собственной добродетели.

Елисей развёл руками, типа, “как есть, так есть”.

— Ещё одно, — нахмурился управляющий, — железных дорог сюда пока что не проложено. От города до города места самые что ни на есть дикие.

Я не понимала пока, что он хочет сказать.

— Знаю. Для меня это не новость. В конце концов, жила же я практически в тайге в стойбище.

— Вы точно отдаёте себе отчёт, что на дорогах и беглые каторжники, и бандиты всех мастей водятся, жульё на постоялых дворах? Конечно, с вами поедут Байбал и Михлээ, но ведь и вы ни на минуту не должны терять бдительности. На графа сильно не полагайтесь. Он, подозреваю, первый вам подставу организует.

Обдумывая слова Елисея, я снова оглянулась на гардеробную, где играла и смеялась Соня, дразня котёнка ленточкой. Куда ни кинь, всюду клин. И оставить невозможно, и брать опасно.

— А с родственниками я поговорю, конечно, — сделав внушение, Елисей поднялся, прихватив письмо. — Вот здесь я список составил из тех, что просили с вами встречи. Несколько человек, которых можно пригласить, устроив небольшой приём.

— Тогда и графа туда же, — рассеянно ответила я, раздумывая. — Елисей Иванович, прошу вас, вы заедьте к вдове, скажите, в какое утро привезёте её ко мне: я обещала принять её у себя. Лучше до приёма.