Книга Халазия, или на Земле тоже можно жить, страница 53 – Tommy Glub

Осталось только надеяться, что я быстрее, чем те, кто управляет дроном.

Жужжание дрона становится громче, давит, вибрирует в костях, будто он зависает прямо над нами, разыскивая тепло наших тел среди холодных камней. Я сжимаю челюсти, вглядываясь в экран, пока список частот вспыхивает передо мной. Сердце сжимается, а пальцы дрожат, когда я наугад выбираю самую мощную. Время будто замедляется, ожидание тянется невыносимо долго.

На долю секунды мне кажется, что ничего не вышло, но потом планшет подчиняется — я попадаю в базовое меню управления.

Логин «хозяина» защищен, но интерфейс откликается на стандартные команды.

— Есть! — шепчу, чувствуя, как внутри все сжимается от волнения.

Пробегаюсь по вкладкам, пока передо мной не появляется изображение с камеры дрона. На экране — мрачные скалы, разрушенные постройки на вершине… и слабый тепловой след человеческого тела в стороне.

Керн.

Жив.

Жаркая волна облегчения ударяет в грудь, но тут же сменяется тревогой. Если бы я не успела перехватить управление, дрон уже передал бы данные системе. Тогда всё было бы куда хуже.

— Он там, — шепчу я, показывая экран Арону. Его напряженный взгляд смягчается, но ненадолго.

— Узнай, как туда подняться, — его голос тихий, но твердый, без намека на сомнение. — Посмотри выступы, тропинки… Хоть что-то.

Я сглатываю, переключаясь в режим управления. Дрон послушно меняет направление, обследуя окрестности. Камера передает узкие проходы между скал, обледенелые уступы, редкие укрытия, за которыми можно спрятаться.

Каждый рывок устройства заставляет меня замирать, чувствуя, как холодный пот стекает по спине. Еще немного — и связь может оборваться. Еще немного — и дрон может выдать наше местоположение.

— Давай, давай… — шепчу я, заставляя его двигаться дальше, надеясь, что судьба сегодня на нашей стороне.

— Тропа опасная, но пройти можно, — выдыхаю, возвращая планшет Арону.

Но что-то все еще гложет меня.

Я не могу позволить дрону остаться связанным с системой. Он может нам пригодиться.

Если связь восстановится, они узнают, что кто-то вмешался. Узнают, что мы здесь.

Пальцы дрожат от усталости и холода, суставы скованы, но я заставляю себя сосредоточиться. В висках стучит кровь, в груди все сжимается от напряжения, но я копаюсь в интерфейсе, пока где-то в глубине памяти не всплывает голос Лиама.

— Система «Халазии» похожа на паутину. Если перережешь нужную нить, паук не заметит.

Мы учили это на симуляторах, снова и снова разыгрывая сценарии вторжения в закрытые сети. Лиам всегда был лучшим, но я впитывала, как губка, все, что он говорил.

Я закрываю глаза на секунду, глубоко вдыхаю и набираю команду.

Если я перехвачу управляющий узел и отключу его от центрального сервера, связь оборвется, а дрон останется в автономном режиме. Он не передаст сигнал взлома и не отчитается о том, что только что снял тепловой след живого человека вне деревни..

— Давай же… — бормочу, прокручивая кодовые строки.

Экран вспыхивает, моргает, и я вижу нужный узел.

«Один верный ход — и паук не заметит оборванной нити.»

— Ты справишься, — шепчу себе, вводя несколько команд. Пальцы всё ещё дрожат, но я заставляю себя двигаться быстрее.

Меняю настройки управления, переназначаю сигнал дрона на локальную частоту планшета. Теперь он подчиняется только нам.