Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 7, страница 124 – Джин Соул

— Куда столько? – неподдельно удивилась Су Илань.

Ли Цзэ пожал плечами, но заметил, что небесных мудрецов не зря так называют: они знают почти всё на свете.

— Почти, но не всё же, – с долей ехидства заметила Су Илань. – Я тогда тоже мудрецом считаться могу, потому что много чего знаю.

— Можешь, – согласился Ли Цзэ, – но вряд ли тебе захочется отращивать усы и бороду. Принято, чтобы небесные мудрецы имели облик седоголовых, седобородых и седоусых старцев в белых одеждах.

— Белые одежды у меня уже есть, – фыркнула Су Илань.

Ли Цзэ между тем сказал, что негласным правилам следуют далеко не все мудрецы, но им приходится превращаться в стариков, когда требуется их присутствие на каких-то дворцовых советах или сходках по обмену премудростями: принято считать, что мудры только убелённые сединами старцы.

— Не факт, – возразила Су Илань убеждённо. – Полоумные и слабоумные чаще встречаются.

Ли Цзэ тоже так думал, но в дела мудрецов предпочитал не вмешиваться. Ему и своих забот хватало.

Разыскивать Третьего мудреца не пришлось: он, вероятно, почувствовал ауру старшего бога войны и вышел его встречать. Они раскланялись с взаимной вежливостью, которая Су Илань немало позабавила. Но стоило Саньжэню взглянуть на Су Илань, та сразу спряталась за плечом Ли Цзэ. Третий мудрец решил не задавать лишних вопросов: если Ли Цзэ пожелает, то сам представит свою спутницу.

— Генерал Ли, – обратился он почтительно, складывая руки, – вы уже завершили дела в мире смертных?

— Нет, – ответил Ли Цзэ, хмурясь, – мне пришлось вернуться на Небеса. Саньжэнь, мне нужно с вами посоветоваться.

— Хуанди ещё не нашёлся, – утвердительно сказал Саньжэнь.

Старший бог войны взглянул на него с некоторым удивлением, и Третий мудрец с улыбкой отозвался:

— А о чём ещё вы можете спрашивать с таким лицом? Всем известна ваша забота о Хуанди.

— Говорите так, словно не одобряете, – заметил Ли Цзэ.

— Хуанди взрослый мужчина и может о себе позаботиться, – возразил Саньжэнь.

— Не вы же начальник личной охраны Тяньжэня, – проворчал Ли Цзэ. – Как я взгляну в глаза Почтенному, если с его внуком что-то случится? Когда я узнал о покушении, мне сквозь землю провалиться хотелось.

— Что вас тревожит на этот раз? – спросил Саньжэнь, приглашая их в беседку, окружённую цветущими мэйхуа и локвами.

Су Илань поглядела на деревья озадаченно. В мире смертных они зацветали в разные сезоны и никак не могли цвести одновременно. Третий мудрец, словно догадавшись о её мыслях, повернулся к ней и сказал, что на Небесах сезоны сменяют друг друга весьма прихотливо. Ли Цзэ спохватился и представил Су Илань Третьему мудрецу. Саньжэнь и глазом не моргнул, вежливо приветствовал спутницу старшего бога войны и предложил беседу продолжить за чаем.

Они расположились в беседке. Ли Цзэ едва пригубил из своей чашки и стал делиться с Третьим мудрецом своими тревогами. Саньжэнь слушал внимательно, изредка кивал, но особого беспокойства на его лице не было, оно промелькнуло, лишь когда Ли Цзэ упомянул, что Тяньжэнь так хорошо скрыл свою ауру, что её не считало даже Небесное зрение.

— Тогда можно предположить, что Хуанди не в мире смертных, – проговорил Саньжэнь, медленно перебирая висящие на его левом запястье нефритовые чётки. – Хуанди может путешествовать между мирами. Скажем, вернуться в мир демонов или отправиться в неизвестный нам мир. Это объяснило бы, почему Небесное зрение божественного уровня оказалось неспособно найти и считать его ауру: радиус его действия в пределах одного мира.