Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 1, страница 30 – Джин Соул

— Ну что, – спросил Лис-с-горы, – хочешь ты отомстить людишкам или нет?

Господин-с-горы хорошенько подумал, прежде чем ответить. Он исполнился противоречий. Воспоминания о пережитом страхе и унижениях покалывали где-то под шкурой и заставляли думать, что проучить крестьян и их собак стоило. Но его натура была не вполне лисьей, и он до сих пор старался следовать принципам, которыми жил Господин-с-горы в своём человеческом воплощении, поэтому ответил он достаточно мудро, чтобы не вызвать у Лиса-с-горы гнев:

— Если бы я и хотел отомстить людям, то своими собственными силами. Моё Дао Лисы говорит мне, что отмщение в чужие лапы не перекладывают. Когда я стану достаточно сильным, я сделаю это сам.

Лис-с-горы фыркнул:

— Какое интересное Дао Лисы… Для этого тебе нужно отрастить ещё пару хвостов, не меньше. Пятихвостые лисы обладают силой влиять на окружающий их мир.

Господину-с-горы очень хотелось спросить, сколько хвостов у самого Лиса-с-горы, но он не решился.

Лис-с-горы между тем фыркнул по-лисьи и засмеялся:

— Если опять разом отрастишь два хвоста, станешь легендой, Куцехвост!

Господин-с-горы пропустил насмешку мимо ушей. Когда дело касалось отращивания хвостов, он готов был стерпеть что угодно.

— Вообще-то, пора придумать тебе лисье имя. Куцехвостом тебя называть уже нельзя, раз ты отрастил два дополнительных хвоста и, быть может, скоро отрастишь ещё один или парочку.

Господин-с-горы старательно медитировал, наевшись персиковой листвы, но четвёртый хвост пока не отрастал, зато Лисье пламя прибавило язычков и уже имеющиеся хвосты выросли ещё на двадцать лисьих пальцев.

О том, чтобы придумать себе достойное имя, Господин-с-горы уже давно подумывал. Наспех придуманное «Куцехвост» казалось ему унизительным. Другие лисы, впрочем, были рады любым кличкам. Одного звали Кривоног, и он этим очень гордился. Девчонку-лису звали Тощая. Ну, она и вправду была тощая…

Уже превратившиеся в людей лисы имели имена поприличнее. Они подслушивали имена у людей и переделывали их на лисий лад. Фамилии у всех были одинаковые – Ху, и Господин-с-горы подумал, что и ему придётся тоже называться Ху. Что ж, хотя бы над фамилией не придётся ломать голову.

— Что скажешь? – спросил Лис-с-горы.

Господин-с-горы утвердительно наклонил голову, всё ещё погружённый в размышления. Как же его всё-таки звали на самом деле? Он не помнил, но внутри было стойкое ощущение, что имени у него не было вовсе.

«Но ведь так не бывает, – подумал Господин-с-горы, – должны же были родители меня как-то называть».

Родителей он тоже не помнил, хотя точно знал, что они у него были, зато помнил слухи, которые ходили на Таошань: будто бы один из его родителей был небожителем или духом. Господин-с-горы слухам не верил: если бы так, вряд ли бы его доконало какое-то паршивое проклятие! У него был врождённый талант к культивации, только и всего.

— Разумеется, ты будешь Ху, – сказал Лис-с-горы, подтвердив догадки Господина-с-горы. – Все лисы носят фамилию Ху.

— Дао Лисы? – прикинувшись тибетской лисой^[11], предположил Господин-с-горы.

— Обычно имена даются при воплощении в человека, но я уверен, что ты скоро совершишь прорыв в культивации, так что имя стоит придумать уже сейчас, – сказал Лис-с-горы, сделав вид, что не понял или не заметил иронии в вопросе Господина-с-горы.