Книга Не нищая жена, страница 222 – Денни Смит

— Ты должна отдохнуть, — сказал он.

— Я и собираюсь это сделать.

— Ты не спала последние три дня и выглядишь не лучше меня. В кресле ты не отдохнешь. А только измучаешься.

— Джозеф, я слишком устала, чтобы спорить. — Она подняла на него глаза, и он увидел в них ту самую усталость, о которой говорил. — Я остаюсь здесь.

— Тогда ложись рядом.

Она замерла.

— Ты серьезно? — переспросила она, смотря на него так, как будто он предложил невесть что. В ее глазах мелькнули и удивление, и смущение.

— Вполне. Ложись рядом, — повторил он. — Кровать широкая. Места хватит обоим. Ты будешь рядом, а я буду знать, что ты отдыхаешь.

Она внимательно посмотрела на него. В ее глазах мелькнуло сомнение.

— Я могу тебе повредить. — возразила она.

— Не повредишь, — ответил он.

Она колебалась. Он видел, как она перебирает в голове доводы за и против, как сомнение борется в ней с желанием просто лечь и закрыть глаза.

— Иди сюда, — сказал он. — Я тоже слишком устал, чтоб уговаривать тебя.

Она медленно поднялась, обошла кровать, легла рядом — на самый край, боясь потревожить. Он чувствовал ее тепло, дыхание, слышал, как бьется сердце.

— Ближе, — сказал он.

— Джозеф…

— Ближе, Эмили, — повторил он, — Мне не настолько плохо, как ты думаешь.

Она придвинулась еще чуть ближе и слегка коснулась его левой руки.

— Да уж, — сказал он насмешливо, разглядывая потолок, — когда я говорил, что знаю десяток способов оказаться с тобой в одной постели, признаться, я имел в виду совсем другое, — насмешливо сказал Джозеф.

Эмили сонно улыбнулась, вспоминая тот разговор. Это было в первый же вечер после его приезда из Глазго, когда они еще не знали, что будет дальше, когда между ними еще висела тяжелая завеса недоговоренности. С того момента прошло чуть больше двух недель, а казалось — годы.

— Выздоровеешь, — поддразнила она его, уже засыпая, голос ее становился все тише, слова медленнее, — и обязательно расскажешь мне, что ты имел в виду.

— Договорились, — ответил он.

Он чувствовал, как ее дыхание становится ровнее, глубже. Как напряжение уходит из плеч, из рук, из всего тела. Как она медленно проваливается в сон.

Он лежал, смотрел в потолок и слушал, как она дышит. Боль никуда не делась — она пульсировала в ноге, отдавалась в руке, в ребрах — но теперь он почти не замечал ее. Рядом спала его жена.

Он закрыл глаза и провалился следом — в тот глубокий, здоровый, целительный сон, которого не было у него уже много дней.

Ярмарку, первоначально назначенную на начало августа, пришлось перенести на две недели.

Инициатива исходила не от Эмили, поглощенной заботами о муже, а, к ее удивлению, от миссис Энслоу — старой перечницы, которую она меньше всего ожидала увидеть в роли благодетельницы.

Вдова явилась в Крэмби-Холл на третий день после злополучного падения Джозефа, когда тот еще метался в бреду, но доктор Мэтьюз уже прогнозировал скорое улучшение. Она дожидалась Эмили в гостиной и, увидев ее, окинула долгим, придирчивым взглядом.

Волосы, кое-как заколотые на затылке, выбивались тусклыми прядями. Лицо, всегда бледное, теперь казалось почти прозрачным — губы выглядели бескровно, щеки ввалились. Она походила на привидение, которое по ошибке забрело в мир живых. А светло-серое строгое платье лишь усиливало ассоциацию.