Книга Бывший муж. Ты снишься мне каждую ночь, страница 90 – Арина Арская

Он несколько секунд молчит. Я слышу, как под его пальцами шуршит бумажная полоска, которую он отрывает от пластыря. Вижу, как его глаза темнеют, становятся совсем чёрными. П

о лицу пробегает тень гнева — быстрая, как молния. Но он медленно, очень медленно выдыхает и возвращается к пластырям. Аккуратно приклеивает один на мой большой палец.

— Я не удивлён, — говорит он наконец. Голос ровный, но в нём слышится холодная ярость.

— Наверное, стоило сказать раньше, — едва слышно отзываюсь я. — Нет… не так… Не стоило нам… к психологу идти… Нам стоило самим всё понять, решить, исправить… Самим… Ты и я…

Арсений молчит. Наклеивает последний пластырь над пяткой, приглаживает его.

Затем он поднимает взгляд и смотрит на меня прямо. В его глазах нет упрёка. Только усталое понимание и такая же, как у меня, горечь от осознания собственной глупости.

— Я не думаю, что с тем мной можно было что-то решить, Поля, — он слабо улыбается. Улыбка печальная, беззлобная. — Я бы сам с тем собой ни о чём бы не смог договориться. Ничего бы я сам с собой не решил.

Он достает из карман брюк носовой платок, аккуратно раскладывает его на брусчатке.

Он отпускает мою ногу, аккуратно ставит её на платок, рядом с туфлями. Поднимается, чуть потирая затекшее колено. Стоит передо мной, заслоняя солнце. Высокий, чужой, и в то же время до боли родной.

— И что теперь? — спрашиваю я, глядя на свои заклеенные ноги.

— Теперь… — Арсений выдерживает задумчивую паузу. Где-то вдалеке смеётся ребёнок, каркает ворона. — Раз уж я вопрос с клиникой решил, добился суда, то теперь займусь и нашей Ольгой Викторовной. — Он делает паузу, смотрит на мои туфли, потом на моё лицо. И в его взгляде появляется что-то… почти нежное. Устало-нежное. — Но перед этим мне надо тебе кроссовки купить. Поля, это ведь не туфли, а какие-то колодки для пыток.

— Для красивых пыток, — улыбаюсь я.

И он тоже улыбается. И на секунду его улыбка становится беззаботной, ласковой и теплой, но лишь на секунду.

Вот что у нас осталось.

Лишь секунды, когда мы забываем о реальности, в которой мы бывший муж и жена.

Он протягивает руку, чтобы помочь мне встать. Я смотрю на его ладонь — широкую, с знакомыми линиями.

И медленно, очень медленно, вкладываю в неё свою.

Затем следует уверенный рывок, и Арсений подхватывает меня на руки. Я ойкаю и обвиваю его шею рукой:

— Ты чего творишь?

— Ты эти туфли больше не наденешь. и босиком не пойдешь, — серьезно смотрит на меня. — Придется донести тебя до магазина с кроссовками.

— Ты шутишь?

— А есть еще варианты? — Арсений делает шаг вперед.

— Ты оставил мои туфли!

— Пусть стоят красивые.

Шагает дальше.

Я выглядываю из-за плеча Арсений. У скамьи лежит белый платок и стоят бежевые туфли на высоком каблуке. На них падает золотой солнечный луч майского солнца.

Очень загадочная картина и ведь никто не догадается, что случилось в этом уголке парка.

Как так произошло, что женщина оставила свои красивые новые туфли?

— Девочки, здравствуйте, как у вас дела?

Я захожу в главный зал моего магазинчика косметики и улыбаюсь двум очаровательным, милым продавщицам, которые со мной уже почти целый год работают — Юле и Кате.

В воздухе пахнет немного сладкой ванилью, через которую пробиваются свежие нотки французского мыла и итальянских шампуней.