Книга Во власти греха 2, страница 17 – Ния Экс

— Переезжай ко мне, — выпаливаю я, и сам удивляюсь, как легко это слово слетает с губ. — Если ты будешь здесь, этот дурачок точно не выдержит. Начнёт жаловаться, что мы ему мешаем, что он не может спокойно играть в свою доту, что из кухни доносятся подозрительные звуки. Он съебет быстрее, чем я успею дать ему денег.

Соня смотрит на меня, и я вижу, как её губы начинают подрагивать.

— Ты хочешь, чтобы я переехала к тебе, чтобы ты выжил своего брата? — в её голосе слышится легкий смех.

— Я хочу, чтобы ты переехала ко мне, потому что я хочу просыпаться рядом с тобой каждый день, — поправляю я. — А то, что Вадим при этом съедет — лишь приятный бонус.

Соня смеётся — тихо, счастливо, и я чувствую, как этот смех разливается по моей груди теплом.

— А если он не съедет? — спрашивает девушка, поглаживая мою небритую щеку. — Если он решит, что ему нравится смотреть на нас?

— Тогда я выкину его компьютер в окно, — говорю я совершенно серьёзно. — И его самого следом.

— Демьян! — она задорно шлёпает меня по груди, но я вижу, что ей нравится.

— Соня, — я беру её лицо в ладони, заставляя смотреть на меня. — Я не шучу. Я хочу, чтобы ты была со мной. По-настоящему. Со всеми вытекающими. С переездом, с ключами от квартиры, с зубной щёткой в моей ванной и миллионом твоих скляночек в шкафчике. С тем, что твой отец будет звонить мне и спрашивать, какие у меня намерения.

Софья замирает. Я чувствую, как её тело напрягается.

— Мой отец… — начинает она.

— Я знаю, — перебиваю я. — Старой закалки. — я глажу её по щеке. — Соня, честно, я не боюсь ни твоего отца, ни матери, никого вообще. Я боюсь только потерять тебя. Если нужно будет, я приду к нему. Поговорю. Скажу, что мои намерения серьёзны. Что я работаю, что у меня есть квартира, что я могу обеспечить тебя. Что я люблю его дочь и буду заботиться о ней.

— Ты правда готов поговорить с моим отцом? — шепчет Хорошева.

— Готов, — я вытираю пальцем слезинку, скатившуюся по её щеке. — Я готов на всё, что нужно. Хочешь — венчаться пойдём. Хочешь — детей заведём. Хочешь — даже перепишу квартиру на тебя.

— Демьян, — она смеётся сквозь слёзы. — Это уже перебор! Мы встречаемся лишь один день.

— Я ждал тебя четыре года, — напоминаю я, хватая ее за нос. — Один день — это просто формальность.

Соня молчит, и я чувствую, как её рука скользит по моей груди, задерживается на сердце. Оно колотится так сильно, что, наверное, она чувствует каждый удар.

— Мне нужно поговорить с папой, — говорит она наконец.

— Я понимаю, — киваю я, хотя внутри всё сжимается. — Ты хочешь, чтобы я пошёл с тобой?

— Нет, — она качает головой. — Сначала я сама. Подготовлю его. А потом… потом познакомлю вас.

— Ты уверена?

— Уверена, — София проводит пальцами по моей щеке, по щетине, которая уже начала пробиваться. — Он хороший. Просто... Военный.

— А если он не примет меня? — спрашиваю я, и впервые в жизни слышу в своём голосе неуверенность.

Она смотрит на меня долго, пристально. Потом наклоняется и целует — нежно, мягко, так, что у меня перехватывает дыхание.

— Тогда я перееду к тебе без его благословения, — шепчет азартно мне в губы. — Потому что я уже приняла решение. И оно не зависит от того, что скажет папа.

Я прижимаю её к себе, чувствуя, как внутри разливается что-то огромное, горячее, невыносимо сладкое. Соня будет рядом. Она выбрала меня.