Книга Фау-2, страница 128 – Роберт Харрис

Объявили перерыв на обед. Граф стоял в углу, пил слабенькое теплое пиво и отвечал на технические вопросы. «Говорите свободно, – наставлял их фон Браун накануне вечером в саду, подальше от английских микрофонов. – Рассказывайте все, что они хотят знать; молчите лишь о том, что мы едем в Америку. Мы же не хотим очутиться в здешней тюрьме по какому-нибудь липовому обвинению в военных преступлениях».

В Нордхаузене были умерщвлены двадцать тысяч человек, занятых на производстве «Фау–2», – в четыре раза больше, чем погибло собственно от ракет. Этой историей занималась комиссия союзников по расследованию военных преступлений. Лишняя причина унести ноги в Америку, пока обстоятельства дела не получили широкой огласки.

К исходу дня фон Браун дал Графу знак подойти. Он разговаривал с коммодором ВВС, который при приближении Графа слегка переместился, не дав ему вступить в беседу.

— Правительство его величества будет весьма признательно, – негромко говорил офицер, – если вы и ваши коллеги, как собратья-европейцы, рассмотрите возможность работать с нами над дальнейшим развитием ваших технологий.

— Очень привлекательная идея. – Фон Браун кивнул и обернулся. – А, Граф. Коммодор авиации просит, чтобы кто-нибудь из нас ответил на несколько вопросов о Пенемюнде. Вы не против?

Когда он вошел, Кей стояла у окна. Она уже склонялась к мысли, что поездка в столицу оказалась напрасной.

— Это доктор Граф, – представил гостя флайт-лейтенант. – Доктор, это флайт-офицер Кейтон-Уолш из нашего Центрального отдела дешифрования. Мне поприсутствовать?

— Думаю, мы справимся сами, – сказала Кей. – Это не займет много времени. – Когда дверь закрылась, она обратилась к Графу: – Вы говорите по-английски? Боюсь, я не сильна в немецком.

Он рассматривал фотографии Пенемюнде, разложенные на столе, и будто не слышал ее.

Девушка указала на дверь:

— Я могу позвать переводчика…

— Да. – Немец впервые посмотрел на нее. У него были ярко-голубые глаза, Кей обратила на них внимание, еще когда стояла в коридоре. Темные волосы, обкусанные ногти. – Да, я говорю по-английски.

— Как видите, мы вели детальную разведку производственных мощностей в Пенемюнде. К сожалению, русские не допускают нас туда, а американцы, похоже, не в состоянии добыть необходимые чертежи. Поэтому мы и обращаемся к вам с просьбой заполнить некоторые пробелы в наших знаниях.

— Конечно.

— Садитесь, пожалуйста. Вам доводилось пользоваться стереоскопом? Это очень просто.

Немец склонился над прибором.

— Одну фотографию кладем сюда, а другую рядом.

— Господи! – Граф отшатнулся. – Они оживают!

— У всех такая же реакция.

Он снова припал к окулярам.

— Это испытательный стенд номер семь.

Кей села напротив, чтобы делать записи.

— А большие овальные кольца – как понимаю, это стены для гашения взрывной волны? Земляные насыпи?

— Из песка по большей части.

— Сколько времени ракета находилась на испытательном стенде?

— На начальном этапе? Самое меньшее восемь дней.

— Что за большое здание рядом? Какой оно высоты?

— Тридцать метров. Оно и должно быть высоким. Мы хранили ракеты в вертикальном положении.

— Посреди испытательного стенда какой-то канал…

— Это отвод для газов. Семь метров в ширину.

Спустя десять минут Кей придвинула к нему еще пару снимков: