Книга Фау-2, страница 56 – Роберт Харрис

— Граф! Вы где? – Судя по звуку, Зайдель был еще довольно далеко.

Услышав голос еще одного человека, пленница задергалась в тщетной попытке вырваться, потом сдалась и затихла. Она смотрела Графу прямо в глаза, со страхом и отчаянным вызовом, как пойманный в капкан зверь.

— Граф! – снова раздался возглас лейтенанта, уже ближе. – Вы живы? Я бегу!

Он выстрелил из пистолета. Треск раскатился по лесу.

Граф оглянулся через плечо на этот звук, где стреляли, потом опустил глаза на девушку. Как поступить? Если дождаться Зайделя, тот обязан будет передать ее эсэсовцам. Это наверняка расстрел. А она еще почти ребенок. Нет, так не годится. Инженер перенес вес на одну ногу, потом на другую, встал и осторожно переступил через нее. Она не пошевелилась. Может, спятила? Или он ее покалечил? Граф мотнул головой и прошипел:

— Уходи!

Девушка вскочила и, не сказав ни слова, скрылась среди деревьев.

— Граф!

— Все в порядке! Стойте на месте, я иду!

Он побежал обратно через кусты. Лейтенант стоял у края воронки: пистолет на изготовку, лицо встревоженное.

— Что, черт возьми, происходит? Вы почему кричали? – Зайдель глядел поверх плеча Графа, словно ожидая увидеть кого-то идущего за ним.

— Там никого нет – мне просто показалось. Извините. Это место действует на нервы.

— Я слышал, вы бежали.

— Гонялся за тенью.

Зайдель разглядывал его. Только сейчас Граф сообразил, что пальто облеплено спереди листвой и грязью. Он отряхнулся. Ладонь слегка кровоточила после укуса. Похоже, требовалось какое-то объяснение.

— Я упал.

— Упали? – По тону и вскинутой брови было понятно, что командир батареи не поверил. Но, чуть помедлив, лейтенант сунул пистолет в кобуру. – Нам пора идти.

«Дакота» быстро снижалась, и волны турбулентности трясли ее с такой силой, что Кей замечала, как изгибается фюзеляж. Не требовалось богатого воображения, чтобы представить, как самолет разваливается на части. За последние пять минут еще двое пассажиров извергли из себя завтрак. В неотапливаемом салоне запах был липким, повсеместным и заразительным: ей самой с трудом удавалось подавлять рвотные позывы, когда транспортник проваливался в воздушную яму и ремень безопасности врезался в живот.

Она заставляла себя смотреть через иллюминатор напротив на грязно-белую пелену облаков. Дождевая вода струилась по стеклу, будто оно обливалось потом. Кей вцепилась в металлический каркас сиденья. С последним головокружительным рывком, напомнившим ей поездку на скоростном лифте, «дакота» вынырнула из толщи облаков. Цвет за иллюминатором резко поменялся с белого на серый. Кей повернулась и посмотрела в ближний иллюминатор. Самолет низко летел над городом. Девушка видела улицы и дома с красными крышами; вдалеке несколько высоких церковных шпилей, а еще дальше широкая судоходная река с причалами и портовыми кранами, похожими на большие ключи с длинной шейкой и маленькой головкой. Этот ландшафт был памятен ей по снимкам, изученным в Медменхеме, поэтому, когда сидевшая рядом сержант спросила, где они, у Кей имелся ответ:

— Гент.

Кей ожидала, что они приземлятся на аэродроме вроде Нортхолта, и, пока самолет снижался, высматривала что-то подобное и только в последний момент поняла: садится они будут просто на поле. Под крылом пугающе близко проносились деревья, и Кей приготовилась к столкновению. Самолет коснулся земли, подскочил, затем коснулся еще дважды, после чего стремительно покатился по неровному грунту. Но вот он резко затормозил, и пассажиров бросило вперед. Двигатели смолкли.