Книга Попробуй сбежать, страница 43 – Виктория Рогозина

Каин ухмыльнулся, прищурившись, будто разглядывал новую версию старой игрушки.

— Вот такой ты мне нравишься больше, — протянул он, лениво опираясь плечом о стену. — Не та… прежняя.

Ванесса не отвела взгляда. Ни один мускул на лице не дрогнул.

— Завтра, — сказала она ровно, почти буднично, словно речь шла о пропущенной паре или сданном отчёте. — Ты пригоняешь мне новую машину. Взамен той, что взорвал.

Слова повисли между ними, плотные, тяжелые. Каин чуть подался вперед, сокращая дистанцию, и в его улыбке мелькнуло что-то хищное, привычное, старое.

— А я бы предпочёл, — сказал он тише, — чтобы ты умоляла.

Ванесса молчала. Просто смотрела на него — долго, внимательно, без вызова, но и без уступки. В этом взгляде не было просьбы, не было игры, не было прошлого. Только ясное, почти кристаллическое понимание: он больше не имеет над ней власти. Ни словом, ни памятью, ни страхом.

Коридор жил своей жизнью — где-то хлопали двери, смеялись студенты, гудели шаги, — а между ними стояла тишина, острая и окончательная. И именно в этой тишине Каин впервые почувствовал, что что-то пошло не так. Не по его правилам. Не по его сценарию.

Каин добавил в голос ту самую мягкость, приторную, почти ласковую интонацию, которой когда-то умел обезоруживать. Он чуть склонил голову, улыбнулся уголком рта — ровно так, как раньше, когда хотел казаться своим, безопасным, близким.

— Знаешь, — протянул он, — если бы ты сегодня приехала ко мне… я бы купил тебе машину получше. Не эту развалюху. Но тебе пришлось бы быть очень убедительной.

Ванесса даже не моргнула. Лицо осталось спокойным, взгляд — прямым и холодным, будто между ними не было ни общего прошлого, ни боли, ни долгов.

— Нет, — сказала она ровно. — Ты просто пригоняешь мне машину завтра. И точка.

Улыбка на его лице дрогнула и рассыпалась. В глазах вспыхнуло раздражение, резкое, некрасивое. Он шагнул ближе, вторгся в ее пространство, и в следующий миг его ладонь легла ей на затылок, больно стянув волосы, заставляя запрокинуть голову.

— Ты забываешься, — прошипел он. — У тебя нет права от меня что-то требовать.

Ванесса вдруг улыбнулась. Не дерзко — спокойно. Так улыбаются люди, которые уже приняли решение и не собираются отступать.

— Есть, — тихо сказала она. — Именно оно у меня и есть.

Он наклонился ближе, почти вплотную, дыхание горячее, злое.

— Ты стала дерзкой, — бросил он. — Это… сексуально.

Он потянулся вперед, собираясь поцеловать, но все произошло быстрее мысли. Ванесса резко подалась навстречу — и ударила его лбом в переносицу. Глухой хруст, короткий вскрик. В ту же секунду она сбросила его руку со своей головы, шагнула в сторону и вывернула запястье, фиксируя движение четко и жестко, как на тренировке. Каин зашипел от боли, согнулся, теряя равновесие.

Она наклонилась к нему, удерживая, голос стал почти ласковым, вкрадчивым — зеркалом его собственной интонации.

— Ты еще не понял? — спросила она спокойно. — Я жду свою машину. Завтра.

Она отпустила его так же резко, как схватила, сделала шаг назад и выпрямилась. Каин, тяжело дыша, прижимал ладонь к носу, глядя на нее с смесью ярости и ошеломления. А Ванесса уже отворачивалась, уходя по коридору, не ускоряя шага.

На этот раз она не чувствовала ни страха, ни сомнений. Только ясность. И уверенность, что игра изменилась — окончательно.