Книга Слабо не влюбиться?, страница 122 – Татьяна Никандрова

— М-м-м… Как аппетитно пахнет.

Пока я разрезаю румяный десерт на кусочки, Фед подходит сзади почти вплотную и, нагнувшись, упирается подбородком мне в плечо.

— Я старалась, — посмеиваюсь. — Молись, чтобы я не переборщила с сахаром. А то в какой-то момент моя рука дрогнула, и я сыпанула в тесто чуть больше положенного.

— Не думаю, что это критично, — успокаивает парень, поглаживая меня по талии.

Мы с ним часто вот так обнимаемся, поэтому я не придаю его прикосновениям какого-то особого значения.

— Посмотрим, — хмыкаю.

— Ты так и не рассказала, как прошла вчерашняя гулянка. Весело было?

— Да нормально, — отвечаю как можно беззаботней. — А почему тебя это так интересует?

Мне уже хочется разлить чай и разложить шарлотку по тарелкам, но я не двигаюсь с места. Жду, когда Фед выпустит меня из своего внезапного захвата.

— Может, я ревную, — раздается неожиданно у самого уха.

— Ты? — не могу сдержать смешок. — Меня?

— Ну да, — отвечает он, придвигаясь еще ближе.

Теперь нашу позу даже с натяжкой нельзя назвать дружеской. Парень фактически впечатался мне в спину, а его горячее дыхание путается где-то у меня в волосах. Это очень близко. Недопустимо.

— Федь, ты чего? — лепечу я, растерявшись.

Оборачиваюсь, чтобы поймать его взгляд, но вместо этого ловлю губы. Губы, которые со сминающим напором впиваются в мои.

Глава 51

Первая реакция — шок и непонимание. Ведь мы с Федом так не договаривались! Зачем он ни с того ни с сего напрыгнул на меня с поцелуями? Я аж оторопела!

Вторая — запоздалое удивление, потому что слияние наших губ оказывается не таким уж плохим, как я боялась. Это, конечно, не ослепительный фейерверк, брызжущий эмоциями, но на задорный бенгальский огонек вполне похоже.

Медленно опускаю веки и прислушиваюсь к собственным ощущениям. Фед нежный, и от него приятно пахнет. А еще он очень аккуратно оттягивает мою нижнюю губу зубами, отчего создается ощущение игры в кошки-мышки. Я пытаюсь сбежать, но он преграждает мне любые пути к отступлению. И знаете что? Мне на удивление нравится эта игра.

— Что это было? — шепотом спрашиваю я, когда парень наконец отрывается от моего рта.

Наши лица все еще очень близко, а кончики носов едва не задевают друг друга.

— Я тебя поцеловал, — отвечает в своей фирменной манере. Просто и логично.

— Это я поняла, — усмехаюсь. — Но зачем?

— Ты мне очень нравишься, Вась, и я…

Договорить он не успевает, потому что атмосферу нашего внезапного единения нарушает писк дверного звонка. Мы с Федом синхронно вздрагиваем, и он недоуменно интересуется:

— Ждешь кого-то?

— Нет, — мотаю головой, лихорадочно соображая. — Совсем нет…

Иду в прихожую, гадая, кто это может быть. Дверью ошиблись? Или же родители раньше времени приехали? Ну нет, это невозможно… Они бы позвонили.

Припадаю к глазку и… Холодею. Потому что по ту сторону двери стоит никто иной, как Артём Соколов.

Тугой узел волнения закручивается где-то в области солнечного сплетения и судорожными спазмами оседает в животе. Ладони за мгновенье делаются липкими. В горло забивается першащий ком.

Зачем Тёма пришел? Чего хочет?

Дрожащими пальцами прокручиваю вертушок замка и отворяю дверь.

— Привет? — моя интонация отчего-то делается вопросительной.

Не подумайте, я рада другу, просто его появление слишком уж… Неожиданное.