Книга Развод с драконом. Хозяйка его сгоревшей клятвы, страница 18 – Лилия Романова

Его взгляд опустился к моим рукам.

— Ты всё ещё Мирана Дарр.

— До окончательной отметки Палаты, как сказал Орен. Не больше.

— Имя Дарров защищает тебя.

— Вчера оно не защитило меня от тебя.

Он резко вдохнул, но промолчал.

И опять это молчание не спасло. Оно только показало, что удар попал туда, где у него всё ещё было живое место.

— Ты должна понять, — сказал он после паузы, — пока пепел у тебя, к тебе будут приходить не только из Палаты. Драконьи дома не позволят, чтобы бывшая жена одного рода держала в руках прецедент против всех.

— Тогда, может быть, им стоит начать бояться не бывших жён, а собственных поступков.

— Это не игра.

— Я знаю. Вчера меня в неё проиграли.

Кайрен подошёл совсем близко.

— Мирана.

Я ненавидела то, как он произносил моё имя.

Вчера в Палате оно было почти приказом. Сегодня — попыткой вспомнить право, которого у него больше не было. Но тело помнило слишком многое: как это имя звучало в первые месяцы брака, когда он входил в мою комнату без холода во взгляде; как его голос становился ниже, когда мы оставались одни; как я когда-то верила, что под драконьей суровостью есть место, где мне позволят быть не полезной и не достойной, а просто любимой.

Я подняла ладонь между нами.

— Не говори так, будто имеешь право.

Он посмотрел на мою руку.

— Я имел это право три года.

— И сжёг его собственными руками.

Пепел вспыхнул.

Не ярко, не красиво, не торжественно. Он просто поднялся над кожей тонким серебристым дымом, в котором алые прожилки сложились в круг. Кайрен отступил на полшага, но тут же сжал кулаки, будто злился на себя за этот непроизвольный жест.

— Останови это.

— Я не управляю им.

— Тогда научись.

— Чтобы удобнее было вернуть тебе?

— Чтобы не разрушить всё вокруг.

Я опустила руку, но пепел не погас. В комнате стало теплее. Не душно, не опасно, а так, будто невидимый огонь встал за моей спиной, не давая мне снова отступить.

— Всё вокруг разрушилось не из-за меня, Кайрен. Всё, что сгорело в Палате, ты сжёг собственными руками. Ты потребовал развода. Ты назвал меня недостойной. Ты не дал мне полной записи. Ты позволил Илларе стоять рядом. Ты протянул руку к пеплу, потому что даже после сожжения решил, что клятва должна вернуться к тебе. Так почему теперь я должна чинить то, что ты разбил?

Он смотрел на меня долго.

И впервые за всё утро не нашёл приказа.

Только потом сказал:

— Потому что если ты не вернёшься, они придут за тобой.

— Кто?

— Те, кому выгодно, чтобы это дело закрыли до третьего удара.

Слова прозвучали слишком резко, чтобы быть просто угрозой.

Я всмотрелась в его лицо.

— Ты меня предупреждаешь или пугаешь?

— И то и другое.

— Как удобно.

— Мирана…

— Нет. — Я покачала головой. — Ты не можешь сначала сделать меня виновной перед всеми, а потом прийти и использовать опасность как повод вернуть меня под свой контроль.

Он шагнул к двери, будто хотел открыть её и уйти, но остановился.

— Под контроль? — переспросил он. — Ты думаешь, я хочу именно этого?

— А что ещё? Ты ни разу не спросил, хочу ли я в дом Дарров. Ни разу не сказал, что вернёшь мои вещи. Ни разу не признал, что Сайла не имела права забирать мои письма. Ты пришёл и сказал: должна. Верни. Поедешь.

Каждое слово ложилось между нами, как камень.

Кайрен медленно повернулся обратно.