Книга Ненужная жена красного дракона. Мачеха наследников, страница 117 – Юлий Люцифер

Он посмотрел на меня.

И впервые при чужих не отвернулся сразу.

— Она не наша мать. И не притворялась. Поэтому Милада ей поверила.

Я сжала пальцы, чтобы рука не дрогнула.

Радомир подошел к сыну, но не закрыл его собой. Встал рядом. Это было правильно.

Драгомил нахмурился.

— Свидетельство ребенка после травмы требует осторожности.

Велена ответила раньше всех:

— Осторожность не значит глухоту.

Боримир кивнул.

— Согласен. Независимая проверка необходима. До ее завершения ограничивать власть князя преждевременно.

Лавр резко повернулся к нему.

— Старший Боримир, при всем уважении, риск для наследников...

— Сейчас главный риск для наследников — тот, кто слишком долго говорил за них, — сказал Боримир.

Драгомил неохотно добавил:

— Решение о временном ограничении князя откладывается до проверки. Госпожа Веренская остается под наблюдением, но без отстранения от лечебных печатей, если дети сами не возражают.

Я выдохнула.

Не победа.

Но мы удержались.

Радомир наклонился к Тихомиру и тихо спросил:

— Ты в порядке?

Мальчик ответил так же тихо:

— Нет.

— Пойдем к Миладе?

— Да.

Они развернулись к выходу.

И именно в этот момент в зал вбежала Радана.

Я никогда не видела ее такой.

Без поклона, без разрешения, с распущенной прядью у щеки и лицом, на котором не осталось ни капли служебного спокойствия.

— Князь!

Радомир шагнул к ней.

— Что?

Радана посмотрела на меня.

Потом на него.

— Милада исчезла.

Мир остановился.

Не красиво.

Не резко.

Просто все звуки на мгновение стали чужими.

— Как? — спросил Радомир.

Голос стал таким тихим, что у меня похолодели руки.

— Из малой солнечной гостиной, — сказала Радана. — Окна закрыты. Стража у двери ничего не видела. Марицу нашли без сознания. На полу — серый след.

Тихомир побледнел до синевы.

— Нет.

Я уже шла к двери.

Савва где-то за спиной сказал мое имя, но я не остановилась.

Лавр произнес:

— Князь, прошу сохранять...

Радомир обернулся.

Не вспыхнул.

Не закричал.

Просто посмотрел.

Лавр замолчал.

Тихомир схватил меня за рукав.

— Она была там. Я оставил ее там.

— Ты не виноват, — сказала я сразу.

— Вы не знаете.

— Знаю. Слышишь? Знаю.

Он дрожал.

Радомир положил руку ему на плечо.

— Витослав!

Начальник стражи уже был у дверей.

— Замок закрывается. Все выходы. Все старые ходы. Никого не выпускать. Домну — к планам. Савву — к Марице. Ясения...

Он повернулся ко мне.

Я знала, что он хочет сказать: останьтесь. Вы слабы. Вас недавно подставили. Вы едва пережили черный огонь.

Но сказал другое:

— Вы видели ее рисунки. Вы знаете ее страхи. Идете со мной.

— Да.

Велена Громова резко сказала:

— Я тоже.

Боримир поднялся.

— Совет остается в зале под охраной. Никто не уходит, пока ребенка не найдут.

Лавр стоял неподвижно.

Слишком неподвижно.

Клариса закрыла рот ладонью. Ее глаза были широко раскрыты. Если это была игра, она играла безупречно. Если нет — она тоже поняла, что запасной план отца мог зайти дальше, чем она ожидала.

Мы вышли из Белого зала почти бегом.

В коридоре звонили тревожные колокола.

Тихомир шел рядом, стиснув зубы и почти не дыша.

Я держала в руке обрывок серого платка, который Радана успела мне сунуть на ходу. На нем был слабый след пепельной связки.

И еще запах.

Не дыма.

Пепельного сада.

Я поняла это не сразу.

А когда поняла, остановилась.