Книга Бывает и хуже? Том 7, страница 108 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Сделаем без проблем, — заявил тот. — Ты мне только сам препарат принеси, а я уж дальше сам.

Отлично. Можно будет узнать, из чего этот Витавиан сделан. Тем более я как раз забрал несколько капсул у одной из пациенток.

Я достал из ящика пакетик и передал ему.

— Ну, всё будет, — кивнул патологоанатом. — И тогда с Йориком Геннадьевичем мы разобрались, да?

— Я его навещать буду, — улыбнулся я.

— Это мы всегда рады, — обрадовался Никита Александрович. — Саня, спасибо! Тогда жди ответа по своему вопросу.

И довольный патологоанатом вышел из кабинета.

Когда дверь закрылась, Лена всё-таки прыснула со смеху.

— А хотя бы полдня спокойно пройдут? — поинтересовалась она.

— Это вряд ли, — улыбнулся я. — Ладно, давай приём продолжать.

После него я отправился к Кречетову. Традиция посещать главврача каждый день снова в силе.

— Павел Викторович, я к вам, — зашёл в кабинет.

— Входите, — кивнул Кречетов. — Чем обязан сегодня?

Готов поклясться, на долю секунды он всё-таки выделил слово «сегодня». Такая мини-эмоция, которую он тут же спрятал.

— Есть новости по Коршуновой, — ответил я. — Поэтому пришёл вам рассказать.

Он отложил ручку и внимательно посмотрел на меня.

— Слушаю, — кивнул главврач.

Я принялся рассказывать то, что узнал от Щербакова.

Артём Викторович Коршунов, тысяча девятьсот девяносто первого года рождения, кандидат биологических наук. Диссертация по фитоадаптогенам в малозначимом институте, слабая работа. Дважды завернули в РАН и Минздраве. Упоминался на форуме фармакологов с пометкой «псевдонаучные построения». После этого ушёл в коммерцию, зарегистрировал ООО, запатентовал состав, нашёл инвестора. Витавиан зарегистрирован как БАД, без клинических испытаний.

И всё это родной сын Светланы Викторовны Коршуновой.

Кречетов слушал молча, ни разу не перебив. Когда я закончил, он несколько секунд молча смотрел в окно.

— У вас есть конкретные доказательства? — наконец спросил он.

— Щербаков скинул мне кое-какие материалы, — кивнул я. — Так что есть. Но я им ещё не давал ход.

Кречетов медленно кивнул.

— Это правильное решение, — согласился он. — Если публиковать сразу, она уйдёт в глухую оборону. У неё связи, ресурсы, и нас с вами она просто утопит в проверках. Или же перейдёт в такое наступление, что нам не выстоять.

— Я подумал так же, — кивнул я. — Поэтому сначала нужно с ней поговорить без посторонних. Дать ей понять, что нам известно. Не угрожать, просто поговорить. И я этим займусь.

Кречетов едва заметно улыбнулся. Я разблокировал новую эмоцию главврача.

— Мне иногда кажется, что вы взрослее своих лет, — он позволил себе ещё и откровенную фразу. — Действуйте, но держите меня в курсе.

— Я принёс ещё материалы по сегодняшней лекции, — протянул ему наработки. — Посмотрите?

Кречетов внимательно посмотрел мои заметки и вернул их.

— Всё отлично, — заключил он. — Можете идти.

Момент про то, что я собирался узнать состав Витавиана, решил пока не раскрывать. Во-первых, потому что я это собирался делать не совсем принятым путём, в обход всех заявок. Во-вторых, это будет мой козырь, которым можно будет воспользоваться в случае чего.

Я вернулся к себе в кабинет, погрузился в работу. Через час ко мне пришла Юля.

— Сегодня вечером всё в силе? — уточнила она.

Первые пару секунд я пытался сообразить, о чём она вообще. Потом вспомнил — проводы Лавровой.