Книга Повелитель стали, страница 121 – Рейчел Шнайдер

Это невозможно.

— Весь?

— Да, весь, – подтверждает он. – Теперь все существующие карты надо будет изменить из-за того, что ты сделала. Каждый свиток, иллюстрацию и учебник придется переделать, чтобы показать новую открытую границу.

— Переделать? Каким образом?

Я не осознаю, что сказала это вслух, пока Экер не отвечает:

— Именно это и хотят понять мои люди. Они стояли лагерем к северу отсюда, когда увидели этот свет. По словам некоторых, он был ярче, чем свет полуденного солнца.

— Они меня боятся, – говорю я, сложив фрагменты головоломки воедино.

Он этого не отрицает.

— Последнее, что мне нужно, – это чтобы ты расхаживала здесь, выглядя так, будто тебе все нипочем. – Он подается вперед, вторгнувшись в мое личное пространство настолько, что я могу учуять его запах. – Это выглядит так, будто я не могу контролировать тебя.

Его последняя фраза заставляет меня насторожиться.

— Ты не вправе контролировать меня.

— Черт возьми, Джови. – Он с силой хлопает ладонью по столу. – Ты знаешь, что я имею в виду.

— Это ты притащил меня сюда, – напоминаю я.

— А ты притащила с собой перевертыша из Элэхи.

— Я ничего об этом не знала.

— В самом деле? – спрашивает он, пристально глядя на меня.

Я клацаю зубами, закрыв рот, потому что боюсь, что скажу что-то, о чем потом пожалею, если сначала не успокоюсь.

Он неотрывно смотрит на меня.

— Ты знала или нет?

Знала ли я, что один из моих ближайших друзей притворяется моим питомцем? Или что он последует за нами, когда мы покинем Элэху? И в том, и в другом случае ответ одинаков.

— Нет. – Я не решаюсь отвести от него взгляд.

Он молча сверлит меня глазами, потом сдается.

— Ладно.

Напряжение между нами спадает, и в его взгляде снова появляется успокоительная мягкость, он снова становится похожим на моего друга. Приятно таким образом обозначить наши отношения, хотя я не могу не думать о том моменте в лесу, когда мне показалось, что он собирается меня поцеловать, что ставит под сомнение тот постулат, что наши с ним отношения – это всего лишь дружба. Похоже, друг – не совсем подходящее слово.

Экер берет лежащий на столе ремень с набором ножей в гнездах и застегивает его на манер портупеи. На коже куртки на его плече вышит герб Кенты.

— Давай поговорим с ним, хорошо?

Пока мы идем по лагерю, взгляды воинов продолжают скользить по мне, но только после того, как они склоняют головы перед своим принцем.

— Выходит… ты принц, да?

— С самого рождения, – отвечает он, искоса глядя на меня. – Но ты же подозревала об этом, разве нет?

— В этом есть смысл, если учесть мой титул и историю наших семей. Почему ты ничего мне не сказал?

— Тогда ты бы не смогла мне доверять, – говорит он. – Учитывая положение дел между элэха и кента. Ты бы подумала, что я ищу возмездия. – Он замечает улыбку, которую я пытаюсь сдержать. – Чему ты улыбаешься?

Я морщусь.

— Твое высокомерие должно было стать первым тревожным сигналом.

Он осторожно толкает меня локтем в бок.

— Говорите за себя, принцесса.

Мы подходим к последней группе палаток и шатров на границе лагеря. Расположенное в стороне от остальных сооружение окружено воинами, полностью облаченными в доспехи. Это кажется немного избыточным, особенно когда мы заходим внутрь и видим Мессера, привязанного к столбу, поддерживающему крышу.