Книга Загадочное происшествие в Мидлшире, страница 48 – Дарья Эпштейн

Маленькая больничная палата. Она сама, совсем юная, с ребенком на руках. И девушка, летящая вниз с балкона.

Мама Стивена.

Сонни Кинг стоял посреди развалин больницы Святой Димфны. В его голове бурлил вулкан. Вчера, когда они с Джоном вернулись из леса, оказалось, что Стивен нашелся сам. Сьюзан отправила его и детектива Бригз в замок, чтобы они могли спокойно поговорить, а с Сонни взяла слово, что он пока не будет писать о Стивене. Это было благородно и по-человечески понятно, но журналистская суть Сонни взбунтовалась. Он все-таки выдал Дропсу заметку, обскакав Виктора и тем самым сделав ему одолжение — потому что Сьюзан теперь сердилась на него.

Тут Сонни вздохнул и признал, что «сердилась» — это неправильное слово. Это слово вообще было слабо применимо к Сьюзан. На самом деле она была чертовски огорчена и, возможно, даже разочарована. Но ведь не мог же он, в самом деле, проигнорировать то, о чем уже судачила вся деревня? И нет, он совсем не подтвердил, что Стивен кого-то сбил. Только если косвенно. По крайней мере, там ничего не было о том, что он сбил ребенка. И точно ни разу не упоминался лесной дух по имени Эймос.

Сонни уныло пнул торчащий из земли кирпич. Он прекрасно понимал, что напортачил и что сейчас занимается самооправданием. Его проблема была в том, что он был хорошим журналистом. Как оказалось, при этом довольно сложно оставаться хорошим человеком.

Сонни прошелся по тому, что когда-то было приемным покоем. Он был почти полностью разрушен. Бульдозеры оставили только часть внешней стены, на которой белела половинка балкона, и кусок лестницы, идущей вверх и в никуда.

Сонни хорошо помнил это место. Ребенком он часто лазал здесь с камерой в поисках привидений, о которых рассказывала его мать. Строение было жутковатым. Оно почти полностью выгорело, часть этажей обвалились, и, если стоять в правильном месте, можно было просмотреть все здание снизу вверх. Самым жутким в то время казались остатки обоев на стенах. Они напоминали, что когда-то в этом здании была жизнь. Позже, уже став взрослым, Сонни понял, что обои могли быть только в кабинетах врачей. Пациентам приходилось довольствоваться крашеными стенами и, если повезет и в палате не будет буйных — дешевыми репродукциями. Однажды Сонни удалось забраться на второй этаж и найти неповрежденный фрагмент душевой. Пол здесь был плиточный, и неведомый художник выложил на нем белых и голубых карпов. Они были загадочно красивыми, и эта тонкая красота странно подчеркивалась разрушающимися стенами и проросшими снизу деревьями. Тогда Сонни подумал, а мог ли кто-то из пациентов оценить эту мозаику по достоинству? Или они просто проходили по ней день за днем, погруженные в свои миры, не замечая вообще ничего?

Еще несколько дней, и бывший дом Баттлбери, ставший психиатрической больницей, исчезнет навсегда. Они сроют даже бетонный пол. И построят здесь… что? Утром Сонни попытался выяснить, кто и для каких целей выкупил эту землю, и наткнулся на странное. Имя нового владельца не разглашалось. Всем занималась крупная лондонская контора, специализирующаяся на сделках с недвижимостью, и Сонни сомневался, что сможет вытянуть из них хоть что-нибудь. Это разжигало любопытство. Кому может понадобиться участок в лесу, возле плохой дороги, которой почти никто не пользуется, да еще и в крошечной захолустной деревушке? Разве что этот человек страстно ищет уединения.