Книга Невеста безумного тирана: Спасти злодея. Книга 1, страница 139 – Валентина Зайцева

Моё дыхание было слишком прерывистым — это не укрылось от Каллума, правившего лошадьми. Он резко натянул вожжи, и карета замерла посреди пустынной улицы.

— Почему мы встали? — спросила я, и сама испугалась того, насколько хриплым и чужим стал мой голос.

Каллум приоткрыл плотную завесу. Его ледяной, изучающий взгляд скользнул по моему лицу, задержавшись на распухших губах.

— Подождите мгновение, госпожа.

С этими словами он спрыгнул на мостовую и направился к лавке на углу, чьи огни тускло мерцали в предрассветных сумерках. Оставшись одна, я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Странно... я и сама не заметила, когда страх перед Каллумом сменился чем-то иным. В этой зловещей тишине я поймала себя на мысли, что доверяю этому безумцу больше, чем кому-либо в Остерхольде.

Вскоре карета качнулась под его весом. Каллум вошёл внутрь, держа в руках сверток из вощёной бумаги. Он сел напротив — прямой, холодный, пугающе спокойный. Прежде чем я успела спросить, что он затеял, он вложил мне в рот маленькую чёрную пилюлю.

Его палец коснулся моих губ — мимолётно, но я почувствовала, как он вздрогнул. В глубине его тёмных глаз промелькнула едва заметная рябь. Он медленно убрал руку, и я заметила, как он слегка потёр кончики пальцев друг о друга, словно пытаясь сохранить ощущение этого прикосновения. Казалось, тот жаркий, безумный момент на складе Храма сейчас оживал в его памяти с новой силой.

— Что это? — пробормотала я, едва ворочая языком. — Горько! Как горько!

Я поморщилась, а на губах Каллума промелькнула тень усмешки. Его забавляло, что я стойко вынесла адское пламя афродизиака, но едва не расплакалась от привкуса трав. — Пилюля из корня солодки и северных трав. Это не противоядие, но она поможет вам продержаться.

Его взгляд переместился на мою левую ладонь.

— Это куда эффективнее, чем дырявить себя шпилькой, — бросил он равнодушно.

Значит, заметил. Я попыталась сжать пальцы, чтобы скрыть рану, но Каллум перехватил мою руку. Его хватка была железной, но осторожной.

— Откройте.

Он коснулся моих пальцев, и они невольно раскрылись, словно лепестки измученного цветка. Чистым куском ткани он бережно стёр запекшуюся кровь, а затем присыпал рану золотистым порошком — дорогим лекарством, которое только что купил.

Я смотрела на него, не в силах отвести глаз. В этом мягком свете его ресницы казались необычайно длинными, а черты лица — благородными и строгими. В нём не было той болезненной бледности или маски напускного безумия, которую он носил во дворце. Сейчас он был просто тихим, сосредоточенным человеком, исцеляющим мою боль.

Это было странное, пугающее спокойствие, которого я никогда не знала в своей прошлой жизни. Дыхание моё замедлилось. Горечь во рту сменилась едва уловимой сладостью.

— Это уже второй раз, когда моя госпожа ранит именно эту ладонь, не так ли? — произнёс он, не поднимая глаз, и в его голосе послышалось нечто похожее на затаённую угрозу.

Я лишь тихо выдохнула «М-м». Терпение моё было на исходе — его методичные движения в сочетании с остатками действия яда превращали обычную перевязку в изощрённую пытку.

— Достаточно, — прошептала я, чувствуя, как краснею.

Только тогда Каллум отпустил мою руку, затянув на бинте изящный узел.

— Сможете доиграть роль до конца? — спросил он, глядя мне прямо в душу.