Книга Невеста безумного тирана: Спасти злодея. Книга 3, страница 114 – Валентина Зайцева

Впрочем, стоп. Какое право нынешняя я имела судить его? Я сама разрушила всё между нами.

Я до крови прикусила губу, изо всех сил пряча рвущиеся наружу эмоции. Не давая себе времени на лишние раздумья, я резко упёрлась ладонью в край тяжелого стола из чёрного дерева и в одно лёгкое, грациозное движение запрыгнула вверх, опустившись прямо на лакированную столешницу.

От моего резкого движения пара кубков опрокинулась. Тёмное вино хлынуло на скатерть, капля за каплей пропитывая мой золотой подол юбки, и в свете свечей эти влажные пятна заискрились холодным, ослепительным блеском.

Чиновники в шоке разинули рты от такой дерзости. Даже сам Каллум на мгновение замер, явно не ожидая подобной выходки. Но уже через секунду в его глазах вспыхнул опасный, искренний азарт. Рука, которая только что лениво постукивала по колену, медленно поднялась и легла на мою спину.

Затем, сквозь тончайшую ткань платья, его пальцы медленно, тягуче повели вниз по изгибу моего позвоночника, едва ощутимо огладив чувствительную ложбинку на талии.

Всё моё тело мгновенно превратилось в натянутую струну. Словно враг нащупал мою самую уязвимую, смертельную точку. Я рефлекторно, крупно вздрогнула всем телом. Если бы выражение лица Каллума в этот момент не было столь фривольным, отстранённым и ленивым, я бы решила, что он узнал меня. Но его жест казался лишь мимолётной лаской господина, дорвавшегося до податливого женского тела.

По крайней мере, чиновники увидели ровно то, что хотели: перед ними был принц, по уши погрязший в женских юбках и дешёвых утехах, у которого нет ни ума, ни амбиций для борьбы за императорский престол.

Поняв, что Седьмой принц окончательно увлёкся девкой и дела государственные его не заботят, гости переглянулись, поклонились и поспешили откланяться.

Стоило дверям за ними захлопнуться, как маска сладострастия мгновенно сползла с лица Каллума. Игривая улыбка испарилась, уступая место его истинному лицу — пугающей, тёмной, леденящей неподвижности. Рука, которая до этого небрежно покоилась на моей талии, скользнула вниз и лениво вернулась на его собственное колено.

Эта резкая перемена заставила моё бешено колотящееся сердце немного успокоиться. Я оказалась права. Каллум просто играл роль перед шпионами.

Спектакль окончен, а значит, мне тоже пора уходить. Мои пальцы ног коснулись пола, и я попыталась незаметно соскользнуть со стола, используя этот момент, чтобы сбежать.

Но не успела я сделать и шага, как мой расшитый пояс оказался намертво перехвачен его сильными пальцами. Каллум потянул меня назад и произнес ленивым, но совершенно другим — глубоким, леденящим и опасно тихим тоном: — Ты пролила моё вино. И собираешься уйти, даже не возместив ущерб?

Я мысленно прокляла всё на свете. Покорно смирившись со своей участью, я повернулась, налила в чистый кубок свежего вина и, низко опустив голову, протянула его принцу на раскрытых ладонях.

Но Каллум даже не прикоснулся к чаше.

Он медленно поднял свои бездонные, чёрные как ночной лёд глаза, в которых заплясали зловещие, торжествующие искры, и тихо, с ленивой усмешкой произнёс: — Когда-то в прошлом я лично кормил мою молодую госпожу с рук. И помнится мне, Элли… ты принимала угощение совсем не так.