Онлайн книга «Другой Путь»
|
— Туше! Ткнул меня он весьма болезненно. Ладно, ребра целы, поддоспешник выдержал и смягчил. Проткнуть учебная тупая шпага, именуемая здесь рапирой, как и дага, закрытая на кончике «цветком» – флеретом, не может. Но вот ребро сломать или кожу поцарапать в учебном бою, как говорится, «нет проблем». Вот, что называется, отвлекся. Получи. Берхгольц усмехнулся, глядя на то, как морщусь, потирая бок. — Достаточно на сегодня, мой герцог? Шиплю сквозь зубы. — Нет. Продолжим. — Тогда меняем руки. Киваю. Рапира теперь в левой руке, а дага в правой. Мои наставники требуют, чтобы владел обеими руками одинаково хорошо, чтобы противник не мог предсказать мои действия, а я мог принять максимально неудобную для него позицию с любой из сторон, меняя руки и оружие в них в процессе схватки. Все, как в реальной нашей жизни. — Ангард! Звон металла. Я вновь пропускаю. Сразу. Три секунды. На этот раз укол рапиры в грудь. У меня ощущение, что у меня, несмотря на всю защиту, тело постепенно превращается в сплошной синяк. Фехтовать реально больно. Боюсь даже представить, что я буду чувствовать утром. Придется сказать горничной Кате, чтоб намазала мои синяки мазью. Ей не впервой. Опять будет хихикать от того, как я морщусь под ее пальцами. Ей можно. Я ей разрешаю. — Туше! Еще? — Да. — Ангард! Ничего. Я умею терпеть и ждать своего часа. Одного мига оплошности или расслабленности противника. Металл о металл. Сверкание лезвий на солнце. Расходимся, кружим, ждем, высматриваем. Берхгольц не профессионал. Боевого опыта у него нет. Но, как любой дворянин, владеет шпагой прекрасно. Преподаватель же Фридрих Вильгельмович хороший, терпеливый. Он не улыбается победно, не язвит и не подкалывает. У него нет задачи сейчас вывести меня из себя и разбалансировать мое душевное состояние. Нет, он обучает меня технике. А я учусь. Изящный разворот и… я не успеваю. Мой наставник уходит с линии укола и атакует в ответ. Тоже мимо. Звон. Сверкание. Дыхание. Внимание ногам и стойке. Терпение. Москва не сразу строилась. Я попал. Не в смысле попал в него, а, вообще, попал. Вновь на его дагу с разворота. Больно, блин! — Туше! Еще? — Да! — Ангард! СВЯЩЕННАЯ РИМСКАЯ ИМПЕРИЯ. КНЯЖЕСТВО АНГАЛЬТ-ЦЕРБСТ. ЦЕРБСТ. ТРИНИТАТИСКИРХЕ. 22 (11) июня 1743 года Каждая девочка мечтает о принце. Ну если не о принце, то хотя бы о пышной свадьбе. София Августа сегодня получила и то, и это. Ну, почти. Цербстская Тринитатискирхе (церковь Святой Троицы) внешне скромна и убранством, и размером. Павильон с четырьмя входами завершает высокая пирамидальная крыша с венчающим ее небольшим крестом. Лютеранство – исповедание скромное. Но это если снаружи. А если зайти в сам храм. Иконы, написанные лично и специально Микеланджело, Рубенсом, Моретто… Не все столичные соборы могут похвастаться такими. Под высокими сводами и готическими арками полнее приходит осознание происходящего в церкви. — Согласен ли ты, Георг Людвиг, взять в жены Софию Августу Фредерику? Двадцатичетырехлетний полковник в парадном прусском кирасирском мундире твердо ответил: — Согласен. — Согласна ли ты, София Августа Фредерика, взять в мужья Георга Людвига? София задержала выдох. Может ли она отказаться, вытащив счастливый билет? Согласиться стать женой наследника престола Шведского? Она мечтала об этом. Как только решение шведов узнает Берлин, поженится им не дадут. Нельзя более медлить. |