Книга Монолог фармацевта. Книга 2, страница 89 – Хюганацу

«Может, я перестаралась?» – подумала Маомао.

Но после решила: утаи она часть новых знаний – и государь с наложницей Гёкуё остались бы недовольны. Правда, прикоснувшись к секретам мастерства, другая наложница, Лишу дэфэй, теперь ее всячески сторонилась, а девы-чиновники Лихуа сяньфэй и вовсе сочли гадким чудовищем, хотя падать в их глазах было уже некуда.

Предостережения из уст ничтожной служанки звучали бы неуместно, так что Маомао снарядила господина Дзинси, дабы тот передал сии разумные пожелания его величеству. Безусловно, ей хотелось, чтобы император и впредь посещал наложницу Гёкуё, предпочтительно столь же часто, однако уже на этот счет она не видела возможным высказаться. У императора были и другие подруги, которыми нельзя пренебрегать. Опасность заключалось в том, что иные наложницы непременно догадаются, отчего государь реже заглядывает на ночь к Гёкуё гуйфэй.

Вопреки ожиданиям и всевозможным опасениям, государь все так же часто наведывался в Нефритовый дворец. Только приходил он сугубо для того, чтобы поиграть с прелестной принцессой или завести шутливую беседу с госпожой Гёкуё. Глядя на них, Маомао припомнила все то, что поведала ей наложница Адо, а также что с ней сталось, и подумала, что, быть может, слишком уж поспешила клеймить императора великовозрастным развратником-повесой.

С другой стороны, у его величества могли быть какие-то свои соображения и причины посещать наложницу Гёкуё, о которых Маомао даже не догадывалась. Не зря же его величают мудрым правителем. Разумеется, такая слава пошла о нем и потому, что он был много лучше и разумнее покойного императора, прослывшего невеждой. По крайней мере, Маомао и помыслить не могла, чтобы назвать своего нынешнего владыку глупцом.

«Но и это все не важно», – заключила она.

Главное, считала Маомао, чтобы народ не душили чрезмерными податями. Неразумный правитель думает, будто бы народ неисчерпаем, тогда как мудрый ведает, что силы народные ограничены. Нынешний император принадлежал как раз к мудрым правителям.

После того как император отказался от ночных утех с наложницей Гёкуё, Маомао стала время от времени замечать на его лице тень печали, если не одиночества. Подумав немного, она осмелилась предложить государю часть трактатов, приготовленных для уроков наложницам, дабы его величество мог хотя бы скоротать время. Повезло, что Маомао заказала у бабули все необходимое с избытком, но большинство личных прислужниц отказались наотрез заглядывать в эти сокровищницы мудрости и уж тем более брать что-то себе.

«Пусть пока удовлетворится картинками», – позаботилась о своем владыке Маомао, оставив стопку трактатов на видном месте.

Похоже, государь эти книги приметил, ознакомился с ними и забрал себе, ведь скоро они с видного места пропали.

Когда же он повелел Маомао раздобыть новые, она окончательно убедилась, что взял трактаты именно он и что государь и в самом деле великовозрастный развратник-повеса.

* * *

Внутренний дворец по-прежнему был самым настоящим царством слухов, и причина тому кроется в девичьей природе, неуемно жаждущей сплетен и неизменно готовой к насмешкам и злопыхательству. Быть может, также в смертельной скуке, однообразии дней и отчаянной нехватке мужчин со всеми достоинствами.