Книга Монолог фармацевта. Книга 2, страница 99 – Хюганацу

С другой стороны, весьма опрометчиво годами держать среди первых красавиц одни и те же лица – хоть старшую да надобно убрать. Помнится, когда Маомао в последний раз навещала Малахитовый чертог, бабуля все жаловалась и стенала, как нужны перемены и что пора бы избавиться от Пайрин.

А ведь, когда Малахитовый чертог переживал упадок, барышня Пайрин стала ему опорой. Со временем – и его символом. Однако вечно полагаться на нее одну невозможно. Не будет перестановок – и Малахитовый чертог превратится в болото.

Перебирая в мыслях все эти тонкости, Маомао зачесала в затылке. И тут она запоздало припомнила:

— Кстати, а ведь есть желающие выкупить барышню Пайрин…

Если кто и решится на выкуп первой красавицы, то это явно кто-то из ее давних знакомцев. Первый из них – старший мастер ремесленной лавки, добродушный старец с большим сердцем и верный гость даже в самую худую пору. Когда Маомао была маленькой, он не раз приносил ей какие-нибудь сладости. Примечательно, что мастер приходит не столько ради того, чтобы разделить с барышней ложе, сколько чтобы выпить вина и поглядеть на танцы. Он не раз предлагал за нее деньги, только хитрая хозяйка умело отшивала его, но теперь могла бы и согласиться.

Второй – сановник высокого ранга. Он еще молод, едва перевалило за тридцать. Маомао точно не знала, где он служит, но хорошенько запомнила драгоценный нефрит, украшающий рукоять его меча. Притом сей посетитель был сразу чином выше, чем ныне господин Лихаку, и с тех пор, должно быть, поднялся не в пример высоко. С тем гостем у барышни Пайрин есть особая близость: в ночных играх они понимают друг друга без слов. После утех с ним Пайрин подолгу бывает веселой и румяной. Другие же гости после ночи с ней ходят совсем измученными. Маомао, наблюдая их, вечно удивлялась, как же так.

Однако, припомнив двух верных покровителей барышни, она тут же засомневалась, сможет ли Пайрин жить с ними долго и счастливо. Ведь она славится не только искусством танца, но и тем, что в ночных забавах не знает поражений. Когда гости не могут насытить жажду Пайрин, она бросается на всех без разбору. Может и мужчин из прислуги к себе утащить, а может кинуться обниматься с другими барышнями да ученицами. Демон похоти – иначе и не скажешь.

Потому-то бабуля, ведающая Малахитовым чертогом, колебалась, не зная толком, стоит ли отпускать первую красавицу с выкупом. Не лучше ли предложить ей место хозяйки? Впрочем, есть еще один выбор – отпустить просто так, чтобы шла куда глаза глядят. Однако Маомао сомневалась, что Пайрин решится просить свободы.

«А ведь стать хозяйкой – самый тихий и мирный исход», – пришла к выводу Маомао.

Разумеется, тогда барышне для виду придется уйти со службы, однако на деле ей передадут особых гостей на особых торжествах, а то и вовсе будет позволено любить кого хочется. Иначе сказать, у барышни появится время на себя, и Пайрин такому исходу только обрадуется.

Размышляя все больше о тонкостях сего непростого дела, Маомао остановила взгляд на господине Лихаку и внимательно осмотрела его с головы до ног. Он еще очень молод, всего-то двадцать с небольшим, зато обладает крепким и мускулистым телом, одни руки у него – сплошное загляденье. Как раз во вкусе барышни Пайрин. А ведь, побывав в Малахитовом чертоге впервые, господин Лихаку целых два дня не вылезал из постели Пайрин и, выйдя от нее, выглядел счастливым и полным сил, что само по себе поразительно, если вспомнить, сколь измождены бывают гости барышни.