Книга Фарфор Ее Величества, страница 252 – Максим Далин

— Как ты мог, Индар?! — потрясённо спросила Люнгера.

Индар вздохнул. Очень достоверно. Научился.

— Старею, наверное, Лягушка, — сказал он. — Хочется тепла и душевного покоя.

Люнгера пришла в настоящую ярость.

— Ты врёшь! — прошипела она. — Ты власти хочешь! Полной власти! Сознайся, предатель!

Индар взглянул на меня. Меня поразили весёлые искры в его глазах.

— Похоже, — сказал я, — ты поставил на счастливую фишку.

— Это правда, да? — весело спросил Рэдерик, который всё это время внимательно слушал. — Если это правда… Мессир Клай не может быть регентом, потому что присягал королеве Виллемине, да? А Барн не может быть, потому что не аристократ. А вы можете, да? Вы ведь можете, мессир Индар?

— Да, — сказал Индар серьёзно. — Я могу, ваше высочество.

Нагберт смотрел на него с такой смесью ненависти, ревности, отвращения и бессильной злобы, что в кабинете стало жарко. Но убить лича одной лишь волной направленной ярости, как простеца, — да ещё такого жука, как Индар, — сил у Нагберта не было.

Сейчас не было или в принципе не было — я не мог понять.

Но чувствовал, что сейчас он не может, хоть страстно хочет.

— Я решил, — сказал Рэдерик. — Значит, вы и будете. Значит, вы на побережье точно не уедете!

С таким победоносным и решительным видом сказал, что слушать было умилительно. Нашим. Не наши явно не умилялись.

— А все мои заслуги перед вами вы забыли, Рэдерик? — с горечью и театральной тоской в голосе продекламировал Нагберт. — Разве я мало для вас сделал?

— А почему цыпаляля подохла? — спросил Рэдерик. — Мессир Клай же в неё не стрелял.

Нагберт судорожно вздохнул. Втянул в себя раздражение.

— Она питалась через зеркала, — буркнул он. — А ваш мессир Клай перекрыл пути. Ей стало просто не проникнуть на Зыбкие Дороги… ей стало очень худо, когда на путях появился… этот. И она вскоре умерла, бедняжка. Моя лучшая находка… Вы ещё молоды, Рэдерик, вам не понять, что такое научный поиск! Ведь все, все авторитеты древности доказывали, что демон во плоти не может выйти в нашу реальность! А я вот разработал метод… Ай, всё пропало! — и безнадёжно махнул рукой.

— Она не через зеркала, — фыркнул Рэдерик. — Вы её кормили людьми! И собаками!

Нагберт даже не удивился.

— Физической пищи ей было мало, — сказал он почти спокойно. — Ей требовались эманации адского пламени.

— А почему вы не давали ей говядину? — спросил Рэдерик.

Нагберт вдруг ухмыльнулся мечтательно и жутко.

— Я перепробовал многое, ваше высочество, — сказал он странным тоном. С какими-то даже сладострастными нотками. — Дал ей выбрать себе пищу. Она выбрала людей и собак. Видимо, это как-то связано со свойствами их душ.

Рэдерик слушал, обнимая щенка, и щурился. Удивительно, каким жёстким иногда становилось его сладенькое личико… почти жестоким.

— Хорошо, что она подохла, — сказал он. — Я надеюсь, у вас больше не получится приручить демона. Вы уедете?

— Вы вообще не желаете меня видеть? — поразился Нагберт, но слишком эффектно, чтобы это удивление смотрелось искренним.

— Мессиры из моего Совета не очень хотят с вами работать, — сказал Рэдерик заледеневшим голосом. — Они простецы, а вы простецов не любите и хотите, чтобы они были как рабы. А они аристократы. И профессионалы.

— Маршал, что ли? — Нагберт сморщил нос.