Книга Прайм-тайм, страница 139 – Максим Шаттам

— Они знают площадку, Поля и заложников. Они полезны, – возразил Янис. – Выпускающий редактор, потому что именно она была в контакте с Кратосом, когда мы прибыли, и я сам решил оставить ее на посту.

— Начальник охраны? – бросил Сеньон.

— Филипп Роже? Обязательное присутствие: он знает башню, протоколы безопасности и облегчает нам доступ. А Ирен Хачатурян представляет канал, так что все законно.

— И не забудьте проверить бэкграунд заложников тоже, – сказал Франк.

— Выходит, сообщник среди них? – фыркнула Магали. – Ты серьезно?

— Если бы ты хотела убедиться, что тебя никогда не заподозрят, – сказал Франк, – какое место ты бы заняла?

— Ну это уже перебор.

— Мы и не такое видали.

— В таком случае не забываем гримершу, Сильви Таар, – сказал Сеньон. – Она меньше всех пострадала, спряталась чисто инстинктивно или потому, что знала, что потом произойдет.

— Где она? – поинтересовался Янис.

— В больнице на осмотре, – ответила Магали. – Ее сопровождает жандарм, потом кто-нибудь из отдела расследований мягко допросит ее, чтобы снять подозрение.

Сеньон хлопнул в ладоши:

— Проверка всех в режиссерской и на площадке, включая заложников. Передаю в отдел расследований, пусть приступают.

— Кому выгодно это преступление? – спросил Дюпра. – Каналу…

Магали горько рассмеялась:

— Канал «МД1» организует захват заложников? Сюжет тянет на боевик! Вы серьезно считаете, что крупнейший во Франции, даже в Европе, телеканал пойдет на такой риск ради… Ради чего?

Начоперштаба поднял руки в знак капитуляции:

— Я читаю слишком много романов, вы правы. Виноват. Амар, что-то еще о профиле Кратоса?

Янис колебался, и полковник нетерпеливо сказал:

— Ну? Выкладывай, даже если это глупо. Я только что опозорился, придумав заговор миллиардеров, – ты тоже можешь расслабиться!

— То, что он сказал. «Я хочу получить свои деньги, чтобы уйти из жизни счастливым». Не знаю, я… Это напоминает фразу, которую произнес бы больной человек, знающий, что обречен. И в этом случае это был бы идеальный триггер. Неизлечимая болезнь…

— Тогда он бы действовал один, согласен, – ответил Дюпра. – Но он втянул своего сообщника, Демоса или как там его, и, судя по всему, еще кого-то третьего.

— Я знаю. Это просто интуитивная догадка. Только личное впечатление.

Сеньон взглянул на Магали, и та кивнула:

— Я отберу всех заключенных, освобожденных по медицинским показаниям.

Франк обратился к двум коллегам из отдела расследований:

— Как там снаружи после его призыва к восстанию?

— Спокойнее, чем вечером Четырнадцатого июля, – сообщил Сеньон. – Никто его не поддержал. Какой-то молодняк тут и там, но в целом ерунда.

— Вовсе не ерунда. Люди откликнулись – они собирают деньги на выкуп, – возмутилась Магали.

— Краудфандинг до сих пор работает? – удивился Янис.

— Десять минут назад еще работал. Какое-то безумие – люди со всего мира, которые даже не знают Поля Даки-Феррана, собрали больше пятнадцати миллионов.

— Они платят не за него, – подчеркнул Янис. – Они платят за символ, жест народа против безразличия государства и транснациональной корпорации.

Вмешался начоперштаба:

— Я говорил с нашим генералом, и он подтвердил, что из Матиньона приказали отключить сайт, деньги заморозить, а позже проконтролировать возврат, чтобы избежать скандала. Если студент, который это запустил, выступит против, его пригласят наши службы, чтобы держать подальше от камер, пока не утихнет ажиотаж.