Книга После развода. Счет за предательство, страница 8 – Ольга Риви, Лиа Таур

«Глеб Садальский. Семейное и корпоративное право».

Я провела пальцем по выпуклым буквам.

Мой муж объявил мне войну. Он привык давить слабых и, что все играют по его правилам. И чтобы размазать его по стенке, мне не хватит идеальных тортов и поддержки детей.

Мне нужен циничный хищник, голодный до чужой крови. Тот, кто с удовольствием перегрызёт Тимуру горло и даже не поперхнётся.

Я сунула визитку в карман джинсов и застегнула чемодан.

— Алло, приёмная Садальского, — раздался в трубке скучающий женский голос, когда я вышла на крыльцо дома.

— Добрый день. Мне срочно нужна консультация Глеба Викторовича.

— Глеб Викторович не берёт новых клиентов, — заученно ответила секретарь, щёлкая жвачкой. — У него запись на полгода вперёд. До свидания.

— Передайте ему, что звонит Василиса Громова. Жена Тимура Громова.

В трубке повисла короткая пауза, было слышно, как секретарь перестала жевать.

— Глеб Викторович примет вас сегодня в девятнадцать ноль-ноль, — голос девушки стал подозрительно бодрым и вежливым. — Не опаздывайте. Он ненавидит ждать.

Я сбросила вызов. Закинула чемодан в багажник своего старенького «Рено» и хлопнула дверцей.

Я тоже ненавижу ждать, подумала я, выруливая на трассу. Развод — это блюдо, которое подают холодным. И я собираюсь приготовить его идеально.

Глава 3

Ровно в девятнадцать ноль-ноль я стояла перед дверью. Офис Глеба Садальского находился на последнем этаже стеклянного бизнес-центра. Никакого кричащего золота и показной роскоши. Тёмно-серые стены, приглушённый свет, а за панорамными окнами нудно моросил мелкий дождь. Погода идеально подходила для того, чтобы рушить чужие жизни. Ну, или хотя бы одну конкретную, жизнь моего пока ещё мужа.

В руках я сжимала небольшую чёрную коробку. Моё единственное оружие и спасательный круг. Пока я колдовала над её содержимым на своей тайной кухне, паника наконец-то отступила. Я конечно не надеялась, что содержимое коробочки растопит лёд грозного юриста, но кулинария возвращала мне контроль над реальностью, которая сутки назад разлетелась вдребезги на палубе дорогой яхты.

Секретарша в строгой юбке-карандаш, смерила меня абсолютно пустым взглядом. Наверное, она тут насмотрелась на рыдающих жён олигархов на десять лет вперёд.

— Проходите, — сухо бросила она и кивнула на дверь.

Я шагнула внутрь. Кабинет тонул в полумраке, а за столом, заваленным папками, сидел человек.

Глеб Садальский. Гроза бракоразводных процессов и адвокат, который вытрясал из людей души и миллионы.

Он выглядел так, словно не спал минимум неделю. Тёмно-синий костюм немного помялся, галстук безнадёжно ослаблен, верхняя пуговица рубашки расстёгнута, а под его глазами залегли такие.

Садальский даже не поднял головы. Он продолжал что-то быстро чиркать ручкой в документах.

— У вас ровно пять минут, Василиса… — он скосил глаза на жёлтый стикер. — Громова. Садитесь, излагайте суть, и давайте без слёз и соплей, они не помогают делу, как правило.

Я молча опустилась в кожаное кресло. Коробку поставила на колени. Сердце бешено колотилось, но голос звучал на удивление ровно.

— Мой муж завёл любовницу. Мало того, эта девица беременна, так ещё сегодня утром Тимур заблокировал все мои банковские карты. Я хочу развод.

Глеб отложил ручку. Медленно, словно нехотя, поднял на меня взгляд. Глаза у него оказались колючие, серые и пустые. Так голодный хищник оценивает калорийность добычи. Видимо, я показалась ему слишком старой и постной для сытного обеда.