Книга Последняя из рода Жар-Птиц. На перепутье миров, страница 100 – Алекса Вулф

— Он мог их спасти, — упрямо твердила птаха, а я впервые поняла, насколько мы разные. Наши миры, наши традиции и восприятие мира слишком разнились в фундаментальных вещах. То, что для неё было само собой разумеющимся, для меня казалось варварством и дикостью.

Но чем больше я слушала жар-птицу, тем сильнее понимала — заполучить заветное перо будет практически невозможно.

Неудивительно, что Кощей отчаялся в спасении и свыкся со своим проклятием. Вот только сколько лет он ещё выдержит, прежде чем окончательно сойдёт с ума от одиночества и своей вечной жизни? А что случится, когда колдун такой мощи сойдёт с ума? Ведь это катастрофа!

Мы спорили до хрипоты. Я пыталась донести до жар-птицы свою точку зрения, но все мои доводы отлетали от неё, как горох от стены.

В конце концов я сдалась. Решила, что нахрапом от птахи ничего не добьюсь, а потому надобно действовать подобно водице — медленно, капля за каплей долбить её голову, приучая к иному мышлению.

Примирительно подняв руки вверх, я отправилась читать талмуды о магии, надеясь, что учёба поможет не только мне, но и самой жар-птице отвлечься от лютого желания испепелить на месте Кощея Бессмертного.

* * *

Вечер наступил слишком быстро. Я дочитывала вторую книгу, а в голове царила полная неразбериха. Виски давило, глаза устало слезились, и в животе снова поселился голод. Всё же умственный труд отнимает сил не меньше, чем физический.

Потом на пороге возник Кощей. Просто из темноты — хоп — и застыл в суровой позе, скрестив руки на груди.

— Пора, — сказал он, поймав мой удивлённый взгляд и испуганный «ик».

Жар-птица при появлении Кощея испарилась. Я вздохнула. Тяжело будет уговорить её на добровольный дар.

Расправив плечи и стряхнув с рук напряжение, я пошла за хозяином замка, не зная, как именно будет проходить мой первый «экзамен».

Вскоре моё любопытство было удовлетворено.

Мы вышли во двор замка. Не тот, через который совсем недавно я и княжич попали к Кощею на разговор. Не задний двор для слуг, когда-то здесь имевшихся в огромном количестве, а тайный уголок хозяев, огороженный ныне буйным садом, стены которого покрылись диким плющом и колючими кустарниками роз.

Мы обошли несколько завитков дикого лабиринта и оказались на небольшой круглой площадке, где в центре находилась композиция из камня. Высокий дуб, настолько искусно вырезанный неизвестным умельцем, что казалось, будто живое дерево покрылось тонкой каменной пылью. У основания дуба расположился сундук, тоже каменный. Невольно я вспомнила сказки про то, где находится смерть Кощея. Неужели здесь тоже был какой-то свой смысл — нами давно забытый, утерянный и понятый не так?

— Что это? — спросила я, когда поняла, что Кощей первым говорить не собирался.

— Твоё первое испытание, — ответил колдун, а после вдруг взглянул мне за спину и покачал головой. — А ты, княжич, здесь лишний. Не твою силушку испытывать будем, не твои знания проверять.

— Я только одним глазком, — ответил Иван, но Кощей покачал головой.

— Нет. Ты мне девку отвлекать будешь. Не бойся за зазнобу свою, не сделаю я худо ей.

— Ты не сделаешь, — буркнул Иван. — А она сама очень даже может…

На губах Кощея заиграла едва заметная улыбка.

— Думаешь, я за столько годков не наловчился за бабами смотреть? Кыш, сказал, покуда не разозлился.