Книга Брошенная жена дракона. Хозяйка сиротского замка, страница 64 – Диана Фурсова

— Орвейн просил передать, что если ты проявишь благоразумие, он готов устроить всё мягко, — сказала Лиорса. — Ты вернёшься под защиту рода до конца разбирательства. Детей передадут тем, кто лучше понимает такие вопросы. Замок приведут в порядок настоящие управляющие. Тебе больше не придётся изображать хозяйку среди пыли и сиротских страшилок.

В кухне, наверное, кто-то дёрнулся, потому что в зеркале за плечом Авелии прошла рябь.

Она не оглянулась.

— Вы говорите о детях так, будто они треснувшая посуда.

— Я говорю о порядке. Это разные вещи только для тех, кто не привык отвечать за родовые владения.

— У вас уже есть родовое владение, Лиорса. Зачем вам мои развалины?

На миг улыбка той стала жёстче.

— Твои?

— Да.

Одно короткое слово.

Ворота за спиной Лиорсы вдруг тихо щёлкнули.

Не открылись.

Просто услышали.

Лиорса тоже услышала. По её лицу пробежала тень раздражения.

— Авелия, не делай это уродливее, чем оно уже есть. Орвейн был щедр. Он дал тебе место, где ты могла бы тихо переждать позор. Но ты вместо этого устроила… — она оглядела двор, фонарь у подъёма, следы работы, — лавку на обочине.

Авелия спустилась ещё на ступень.

— Мастерскую.

— Неважно.

— Важно. Лавка продаёт. Мастерская создаёт.

— Как глубокомысленно. Ты, кажется, нашла утешение в простых словах и детской компании.

— А вы всё ещё ищете утешение в чужом кольце.

Ветер на мгновение стих.

Лиорса побледнела.

Управляющие за её спиной переглянулись.

Тарвен не шевельнулся, но Авелия почувствовала, как внимательно он следит за границами разговора. Он не вмешивался. Пока. И это было правильно.

— Ты пожалеешь, — тихо сказала Лиорса.

— Возможно. Но это будет не первое письмо с таким смыслом за сегодня.

Лиорса резко повернулась к управляющим.

— Открыть ворота.

Один из мужчин подошёл к створкам и достал связку ключей. Не салкрестский ключ — обычные хозяйственные, с алыми метками на бирках. Должно быть, Орвейн велел собрать всё, что в реестрах числилось за Каменным Сиротским. Управляющий вставил первый ключ.

Ничего.

Второй.

Ничего.

Третий раскрошился прямо в замочной скважине, сухо и мелко, как пережжённая лучина.

Управляющий отдёрнул руку.

Ворота скрипнули.

На арке над ними проступили старые слова:

«Кто входит ради власти — останется снаружи».

Лиорса прочитала.

Глаза её сузились.

Потом она медленно сняла перчатку и положила ладонь на дерево. Перстень Салкрестов вспыхнул алым.

— Я вхожу по праву будущей хозяйки рода Салкрест, — сказала она отчётливо. — Каменный Сиротский был передан по воле герцога. Его временная владелица злоупотребила доверием. Я пришла вернуть дому порядок.

Ворота распахнулись.

Но не наружу.

Внутрь.

Так резко, что оба управляющих отскочили. Лиорса удержалась на ногах только потому, что у неё была выученная, почти безупречная осанка.

Авелия почувствовала, как замок изменился.

Он не подчинился.

Он пригласил.

А это было намного опаснее.

— Не входите, — сказала она.

Лиорса подняла брови.

— Боишься, что дети увидят разницу между настоящей леди и женщиной в кухонном фартуке?

— Я боюсь, что замок увидел её раньше вас.

— Как поэтично.

Лиорса вошла.

Управляющие двинулись следом, но ворота захлопнулись перед ними так, что один едва успел убрать пальцы.

Лиорса оказалась во дворе одна.

На мгновение её лицо потеряло гладкость.