Книга Вдова-аптекарь. Яд для драконьего генерала, страница 90 – Ангелина Сантос

Председатель поддержал возражение.

— Трибунал рассматривает отравление и фальсификацию. Происхождение навыков допустимо только там, где влияет на воспроизводимость. Метод повторён госпожой Релль и мастером Мор. Продолжайте по существу.

Таль потерял ещё один путь. Тайна Мары осталась её правдой, а не общественным оружием.

— Результатом стала смерть, — сказал поверенный.

Настало время.

Ивар открыл дверь. Поставил кресло в коридоре. Я поднялся, опираясь на его руку. До зала было двенадцать шагов.

На третьем ноги задрожали. На шестом пришлось остановиться. Внутри Таль говорил:

— Мы можем сожалеть о намерениях госпожи Лорен, но факт остаётся: генерал доверился неопытному мастеру и погиб.

Я вошёл на слове «погиб».

Сначала меня увидела Мара. Она встала, но осталась у стола. Потом повернулись судьи. По залу прошёл шум. Таль замолчал.

Ивар помог дойти до кресла свидетеля. Я сел. Орса вошла следом и сразу положила на стол медицинское заключение.

— Генерал Вельд? — спросил председатель.

— Да.

— Вы были объявлены умершим.

— Было объявлено угасание огненной сердцевины и отсутствие обычного пульса после лечения. Формулировка точная. Я находился в терапевтической коме под наблюдением Орсы Релль.

— Зачем инсценировка?

— Чтобы люди, считавшие главного свидетеля мёртвым, попытались уничтожить эксперта и документы. Попытались. Роут задержан в архиве после передачи яда Маре Лорен.

Таль поднялся.

— Это манипуляция трибуналом.

— План утвердила магистрат Дорн до лечения, — сказал председатель. — Его законность рассмотрим отдельно. Сядьте.

Таль сел. Впервые его лицо потеряло спокойствие. Только на секунду.

Лея задала вопросы.

Я подтвердил первую незаконную операцию, личную связь с Марой, последующее злоупотребление охраной и добровольную передачу полномочий. Не позволил защите обнаружить это позже.

— Почему ваши показания следует считать независимыми? — спросил поверенный.

— Не следует. Я жертва, участник и человек, любящий Мару Лорен. Поэтому каждый мой вывод должен подтверждаться документом или другим свидетелем.

Мара не отвела взгляда. Я не ждал ответа.

— Вы признаёте любовь к обвиняемой? — уточнил поверенный.

— Признаю факт. Не предлагаю его как доказательство.

Лея перешла к приказам. Я подтвердил получение 47-Б, две дозы стабилизатора от Дарена и коробку Таля. Орса представила медицинские записи до и после лечения. Сайна Мор — независимую проверку ложного противоядия.

Настало время контрольного опыта.

На середину зала вынесли два чистых стола. Мара и Орса работали отдельно. Судебный наблюдатель проверил воду, посуду, лунную соль и контрольные пластинки. Запечатанный флакон 47-Б из Кайрского сейфа показали судьям. Печати Орсы, Леи и военного склада оставались целы.

— Вскрывайте, — разрешил председатель.

Орса получила половину. Мара — вторую. Сайна Мор оставила контроль.

Они добавили одинаковые объёмы разделителя. В обоих образцах появился серый ободок. После лунной соли выросли ветви Тихого пепла.

Затем сравнили с пробой из подпольной лаборатории и ложным противоядием. Три рисунка совпали по разветвлению и времени распада. Чистая партия 44-А дала светлый песок без ветвей.

— Вывод? — спросил судья.

Мара ответила:

— Партия 47-Б содержит Тихий пепел, изготовленный с тем же катализатором, что использовался в лаборатории фонда и в ложном противоядии. Стабилизатор временно скрывает симптомы и ускоряет связывание. Совпадение процесса подтверждено двумя независимыми специалистами и контрольной партией.