Книга Прошу спасти, или Барс для Колючки, страница 105 – Рика Лав

Я посмотрела вперёд на его дом. Большой и красивый. С тёплыми бликами от зимнего солнца в окнах, с ухоженным садом вокруг. Это будет мой дом, хотя бы на время.

И почему-то эта мысль не пугала. Наоборот.

Она грела изнутри, давая что-то, чего я давно не чувствовала.

Надежду.

Ася

Кир уехал минут двадцать назад.

Я же всё ещё стояла у окна гостевой спальни, глядя на пустую дорогу за воротами, где только что исчезла его машина, растворившись в вечерних сумерках.

Надо было спуститься. Надо было проводить его. Это было бы правильно, нормально — поблагодарить ещё раз, помахать рукой на прощание.

Но я не спустилась. Осталась наверху, прячась в комнате, как трусиха.

Потому что боялась. Боялась того момента прощания у порога, когда наши взгляды встретятся, когда повиснет неловкая пауза, когда он, может быть, шагнёт ближе, и я не буду знать, что делать, как реагировать на эту близость, которая одновременно пугала меня и притягивала.

Легче было спрятаться…

Я отвернулась от окна, оглядывая комнату, которую Кир отдал мне, и внутри снова сжалось все от осознания того, насколько все это было щедро с его стороны.

Комната была огромной! Она одна — вся раз в пять больше, чем моя клетушка в общежитии, откуда я сбежала как с тонущего корабля.

Высокие потолки, большая кровать с мягким изголовьем, обитым бархатом цвета топлёного молока, прикроватные тумбочки из тёмного дерева, на которых стояли изящные лампы. Шкаф встроенный во всю стену, зеркало в полный рост в резной раме, мягкий ковёр под ногами, который поглощал звук шагов.

У противоположной стены — небольшой диванчик с журнальным столиком, на котором лежали свежие журналы и книги. А за французскими дверьми, задрапированными тяжёлыми шторами цвета слоновой кости, скрывался балкон с видом на внутренний сад, где виднелись заснеженные деревья и кустарники, превращённые зимой в причудливые ледяные скульптуры.

Я уже видела эту комнату раньше, когда убиралась, но тогда она была просто безликой гостевой спальней, одной из тех на втором этаже, которые никогда не использовались.

А теперь это была моя комната. Мой временный дом, надеюсь — в скором времени и Марики.

И прямо напротив, через коридор, находилась спальня… Кира.

Он будет спать в нескольких метрах от меня. Через коридор. За одной стеной!

Это было одновременно пугающим и… волнующим, если честно.

Я покачала головой, прогоняя эти опасные мысли, и принялась разбирать вещи.

Открыла первый чемодан и начала развешивать одежду в огромном шкафу, где мои жалкие тряпки — несколько джинсов, футболок, свитеров, единственная приличная юбка, пара платьев — терялись среди пустых полок и вешалок, занимая от силы десятую часть пространства.

Смешно. Я думала, что у меня много вещей, но тут… их оказалось так мало, что они даже этот шкаф не заполняют.

Нижнее бельё сложила в верхний ящик комода, стараясь не думать о том, как Кир сегодня подцепил мои трусики на палец в общежитии и рассматривал их с дьявольской усмешкой.

«Белые значит».

Щёки вспыхнули снова от воспоминания, и я резко захлопнула ящик комода.

Господи, Ася, соберись! Он просто подкалывал тебя, не надо придавать этому значение!

Но я придавала. Не могла не придавать.

Книги расставила на полке у окна, косметичку с моими скудными запасами — крем для лица, тональное, гигиеническая помада, тушь, которой уже три года, — отнесла в ванную комнату.