Книга Прошу спасти, или Барс для Колючки, страница 62 – Рика Лав

За ним шла Алиса — с заплаканным, распухшим лицом, с красными глазами, в мужской куртке, накинутой на плечи, и других ботинках, судорожно икающая, вытирающая нос платком. А рядом с ней — Дэн, хмурый и серьёзный, придерживая свою жену за талию и прижимая к себе.

Кир остановился прямо у решетки, и его взгляд нашёл меня мгновенно, пронзил, прошёл насквозь. И то, что я увидела в его глазах, заставило мое сердце сжаться, и дышать стало трудно.

Гнев, — готовый вырваться наружу и уничтожить всё на своём пути. Сожаление — глубокое и искреннее. И что-то ещё, что я не могла понять, не могла назвать, но что заставляло меня чувствовать себя… защищенной. Впервые за много лет.

— Ася, — произнёс он тихо, сжимая металлические прутья решётки обеими ладонями. — Всё будет хорошо. Слышишь меня? Я тебя вытащу отсюда.

Сидела и смотрела на него сквозь решетку сквозь слезы, которые теперь телки от унижения, от благодарности, от отчаяния, всего вместе, смешиваясь в одно.

— Я… мне так стыдно, — прошептала, покачав головой, отводя взгляд, не в силах смотреть ему в глаза. — Так стыдно, что вы это видите…

Воспоминание о сне вспыхнуло в памяти — как я стояла на коленях в темноте, протягивая к нему руки, прося спасти меня. И он пришёл. Как в том сне.

Он пришёл.

Он пришёл за мной.

— Не смей, — отрезал он жёстко. — Не смей стыдиться! Ты не виновата. Слышишь? Ты не виновата ни в чём. Ты сделала всё правильно. Спасала свою сестру. Это они должны стыдиться, а не ты.

Я медленно поднялась со скамьи, ноги дрожат, едва держат, и сделала несколько неуверенных шагов. Остановилась в шаге от прутьев, не решаясь подойти ближе.

Но Кир протянул руку сквозь решётку — большую, тёплую, с мозолистыми пальцами — и коснулся моей щеки. Осторожно, почти нежно, как будто боялся сделать больно, боялся напугать меня снова.

Как вчера. Боже…

Его ладонь была горячей на моей холодной, мокрой коже. Большой палец провел по скуле, стирая слезы, и это прикосновение было таким… бережным, таким щемящим, что у меня перехватило дыхание.

— Подойди ко мне, — прошептал мужчина хрипло. — Ася, пожалуйста.

Я сделала ещё шаг, потом ещё, пока не оказалась прямо у решётки, почти прижавшись лицом к холодному металлу. Кир притянул меня ближе, скользнув рукой на мой затылок, зарываясь пальцами в волосы. Я задрожала. Чувствовала тепло его ладони, чувствовала, как он держит меня, как не одним своим присутствием дает мне упасть.

Он наклонился, прижался лбом к моему лбу через прутья решётки, отчего я почувствовала его дыхание на своих губах, тёплое и ровное, успокаивающее.

— Ты не одна, — прошептал Барс мне так тихо, что, кажется, больше никто не услышал в целой вселенной. — Слышишь меня? Ты больше не одна. Я здесь, с тобой.

Не дав мне отойти от шока, Кир выпрямился, не отрывая руки от моей щеки, и повернулся к лейтенанту, который торопливо семенил следом по коридору, роняя папки, явно растерянный и напуганный этим внезапным вторжением.

Но как только лейтенант наткнулся на взгляд Кира — тяжёлый и мрачный, — он замер на месте, отступил на шаг назад, прижимая бумаги к груди, как щит.

И началось…

Я смотрел на этого ублюдка-лейтенанта и сдерживал желание врезать ему с размаху, вложить всю силу, накопленную за годы тренировок, всю ярость, которая кипела внутри, грозила вырваться наружу и снести всё на своём пути.