Книга Госпожа Туманова. Коллекция проклятий, страница 75 – Сандра Барро

Он поднял на меня глаза, и в них отразился страх, который не пристало знать камергеру Двора Его Величества.

— Мы похоронили её на Волковском православном кладбище. Подальше от семейного склепа. Я так решил. Когда гроб опускали в могилу, верёвки натянулись так, будто внизу его кто-то тянул с нечеловеческой силой. Гробовщики едва удержали равновесие. И этот звук... Понимаете, когда упали первые комья, мне на мгновение показалось, что из-под земли раздался не то вздох, не то приглушённый смех. Я стоял там до последнего, пока не насыпали высокий холм и не установили крест. И только тогда я почувствовал, что могу дышать.

Я внимательно слушала, фиксируя каждую деталь. Для него это было избавление от семейного проклятия, для меня — важные данные в архиве аномалий.

— Вы поступили правильно, Григорий Захарович, — произнесла я, сохраняя спокойствие. — Скрыть лицо платком и выбрать отдалённое место — это было самым разумным. Теперь эта связь разорвана. Ольга в безопасности, пока она здесь под моим присмотром. Но стены особняка придётся чистить.

Русаков кивнул, его взгляд стал более сосредоточенным.

— Этим сейчас и занимается ваш бурят. Жаргал... странный он человек, Полина Андреевна. Когда я приехал сегодня утром, он распорядился вынести из покоев Марфы всю старую мебель и сжечь во дворе вместе с личными вещами покойной. Он ходит по комнатам с какой-то дымящейся чашей, поёт гортанные песни и бьёт в маленький бубен, обтянутый кожей. Слуги боятся его до икоты, но я приказал им не вмешиваться. Знаете, после его манипуляций в доме стало как-то... светлее. Исчез этот липкий запах тлена. Как только он закончит очищение и даст сигнал, что в доме безопасно, я заберу сестру обратно. А пока, — он посмотрел на дверь, за которой была Ольга, — я бесконечно благодарен вам за её спасение.

Я медленно кивнула, принимая его слова как должное.

— Не стоит благодарности, Григорий Захарович. Это моя прямая работа, — ровным успокаивающим тоном произнесла я. — Жаргал прекрасно знает своё дело. Уверяю вас, вскоре даже сам воздух в особняке очистится. И ничто больше не будет напоминать вам о том ужасе, который довелось испытать вашей семье.

Я позволила повиснуть короткой паузе, давая ему возможность выдохнуть и сбросить с себя напряжение последних дней.

— А теперь давайте вернёмся к вашей сестре, — голос мой потеплел. — Она очень скучала по вам всё это время. Зато эти дни не прошли даром — мы с Ольгой крепко подружились. Оставайтесь на обед, я сейчас же распоряжусь, чтобы накрывали на стол.

Русаков чуть заметно улыбнулся, словно сама мысль о простом домашнем обеде казалась ему чем-то давно забытым. Однако вместо того, чтобы сразу направиться к двери, он вдруг опустил руку во внутренний карман сюртука и извлёк оттуда плотную пачку банковских ассигнаций.

Увидев деньги, я невольно выпрямилась и нахмурилась:

— Это совершенно лишнее, Григорий Захарович. Ведомство платит мне достаточно, к тому же пенсия моего покойного мужа более чем достойная. Поверьте, мне на всё хватает.

Но камергер лишь непреклонным жестом опустил ассигнации на зелёное сукно рабочего стола. Его взгляд стал твёрдым, почти приказным.

— Полина Андреевна, это исключительно на расходы по содержанию моей сестры. И прошу вас, не спорьте со мной, — произнёс он тоном, не терпящим возражений. — К тому же я дал слово выдать жалованье вашей новой работнице Марии на первое время, пока она не оправится и не встанет полностью на службу. С этим, я надеюсь, вы спорить не станете?