Книга Потерянная святая, страница 136 – Рейчел Кроу

Ана ощутила новое покалывание за ушами. Веревка внезапно поддалась, и лезвие полоснуло основание ее большого пальца. Яркие капли крови скатились по запястью и упали в грязь.

— Черт возьми!

Ужасный и знакомый звук раздался у нее под ногами, и земля содрогнулась. Горло Аны сжалось от страха, когда земля начала трястись с еще большей силой.

Схватив кинжал и четки госпожи Холлинсен, она бросилась бежать вверх по узкому проходу к выходу из пещеры.

— Леон! – позвала она. – Леон!

За ее спиной с оглушительным грохотом обрушивались огромные камни. Она пригнулась, спотыкаясь, когда земля начала уходить из-под ног. С силой ударившись плечом о стену пещеры, она выронила кинжал, и ее рука безвольно повисла. Она чувствовала вибрацию камней всем телом, а в голове нарастало давление. Невидимая сила снова сжала ее, словно выдавливая через жесткую резиновую трубку. Она наклонилась вперед, волоча ноги, пока почти не достигла выхода из пещеры.

На заснеженной поляне сражались люди, звенели мечи. Ана искала взглядом Леона, но в темноте сложно различить, кто есть кто. Позади нее раздался грохот обрушивающейся пещеры. Облако пыли и ледяной воздух словно вытолкнули ее наружу.

Над лесом рассеялись тучи, и лунный свет озарил деревья. Словно ярко-красный восклицательный знак, в небе появилась комета Эльди. Ане показалось, что она увидела, как мужчина с темными кудрями скрестил свой меч с человеком, размахивающим черным топором. Она снова устремилась к нему, чувствуя нарастающее давление, которое стало почти невыносимым. И тут, словно лопнувший амортизационный трос, давление исчезло, и ночь сменилась днем.

Однако Ана не исчезла в ярко-зеленом луче света, и ее колени не упали на влажную от росы траву. Картинка дрожала, как мираж. То она видела раннее утреннее солнце, пробивающееся сквозь густые зеленые кроны деревьев, и его лучи обещали знойную жару. В лесу щебетали птицы. Но в следующий миг ее окружали тени лунной ночи, воздух холодил кожу, лес был голым, на земле лежал снег, а в воздухе звучала пронзительная песня мечей.

Она моргала, стараясь прогнать туман перед глазами и вырваться на свободу. Но что-то удерживало ее на месте между днем и ночью, летом и зимой, будущим и прошлым. Как будто ее зажало в самом центре мироздания, в том самом месте, где реальность и вымысел переплетаются.

Окружающие звуки стали тише, словно доносились из соседних комнат, а ветер стих. Ее прерывистое дыхание заполнило уши, сопровождаемое глухим стуком, стуком пульса.

Новый страх охватил Ану, наполняя ее душу леденящим ужасом. Он предупреждал ее, что она не одна в этом пограничном месте. Она ощущала тяжесть в воздухе, словно кто-то невидимый нависал над ней, источая темное намерение. Во рту пересохло, и она задрожала.

Холодная рука схватила ее за плечо, длинные ногти пронзили ткань рубахи и впились в кожу, разворачивая к входу в пещеру. Ана закричала и снова закричала, увидев призрачное лицо, возникающее из пыли. Она сразу узнала маску из густой белой краски, покрывавшей глаза и рот женщины.

Словно вырванная из видения Аны в горячих источниках, перед ней предстала та жрица из пещеры, облаченная в бледное, забрызганное кровью платье, с грязными босыми ногами. Ее глаза светились в темноте, как у животного. Это была Кьялка. Здесь. Сейчас.