Книга Ледяное сердце эриды, страница 100 – Цитианка

Всё сжимается внутри, будто вода хлещет не по ногам, а прямо по позвоночнику. Кто-то целится в нас. По нему? Или уже по мне?

На берегу Теоден действует молниеносно — срывает лук с плеча, уже в движение вкладывает стрелу, взгляд стальной, сфокусирован на густых кустах за камнями. Секунда и его выстрел сливается с громким ударом. Я замечаю тёмную, неразличимую фигуру, мелькающую в тени деревьев. Стрела Теодена летит точно в цель, сквозь шум воды, слышится глухой, сдавленный вскрик, после чего чёрная тень оседает в траву, исчезая из поля зрения.

Каин тянет меня вперёд, даже раненой рукой не выпускает, кровь уже струится по плащу, но он только сильнее стискивает пальцы, будто бы боль даёт ему ещё больше упрямства.

— Не останавливайся, эрида — держись крепче.

Вцепляюсь в его ремень, почти повисаю на нём — вода бьёт в грудь, дно соскальзывает из-под сапог, но он упорно тянет меня к берегу.

Последние шаги — вода уже только по щиколотку, Каин вытаскивает меня на глину, вываливается сам, сразу обрушивается на колени.

— Принц, держись, — Теоден в пару прыжков оказывается рядом, лук летит в траву, он резко опускается на колено, взгляд выхватывает стрелу, торчащую из плеча Каина. Движения у него быстрые, без лишних слов, пальцами разрывает плащ, чтобы добраться до стрелы.

— Не дёргайся, сейчас, — Теоден ловко обламывает древко, коротко кивает мне, чтобы держала крепче.

Левой рукой он перехватывает Каина за запястье, чтобы тот не вырвался, правой — резко и уверенно вытаскивает стрелу из плеча. Слышу хруст, ткань рвется, кровь тут же струится по коже, горячая, липкая, мгновенно окрашивает всю ладонь.

Каин не издает ни звука, только коротко скрипит зубами, подбородок вздрагивает. Я крепче вжимаю ткань в рану, чтобы хоть немного остановить поток. Теоден уже достает из поясной сумки полоску ткани, рвёт его, одним движением сматывает в плотный жгут, прижимает к ране, обматывает вокруг плеча. Кровь все ещё проступает, но уже не так сильно.

— Дыши ровно. Сейчас немного стянет, но иначе не остановим кровь.

— Кто это был? — спрашивает Каин, глядя куда-то мимо Теодена, по направлению к кустам.

— По одежде не скажу. Наемник Мойрисы наверняка. Без знаков, все черное, плащ короткий, оружие простое, не из наших точно.

— И ты его убил? Ты хоть подумал, что можно было взять живым? Допросить?

— Не до этого было, принц, — Теоден оборачивает последний виток ткани, затягивает узел у самого плеча. Кровь сочится сквозь повязку, но уже не так стремительно. — У тебя стрела в плече, ты в воде, эрида на волосок от того, чтобы утянуть обоих на дно. Я стрелял, чтобы вы оба остались живы. Или надо было дождаться, пока он в вас третью пустит?

Он выпрямляется, коротко бросает в сторону берега:

— Если хочешь, могу ещё раз сходить и понадеяться, что он вдруг очнётся и расскажет всю правду. Но, по-моему, мы сейчас в минусе только потому, что кто-то на этом берегу знал наш маршрут.

Каин скрипит зубами, но больше не спорит. Смотрит в траву, дыхание все ещё рваное, плечи напряжены.

— Надо уходить отсюда. Быстро.

Мокрые и обессиленные, мы двигаемся дальше, вглубь леса: тропа уходит между деревьями, копыта лошадей приглушенно чавкают по рыхлой земле. В голове только гудит: кто знал о переправе?