Книга Развод на спор, страница 134 – Любовь Попова

В прошлый раз всё проходит отлично, и в темноте, поди, никто ничего не разглядит.

Трясу головой, отгоняя глупые мысли, и хватаю кроссовки.

Спускаюсь на улицу и вижу Савву у мотоцикла.

Он стоит, облокотившись на сиденье, лениво перекатывая шлем в руках.

Свет фонаря падает на его лицо, высвечивая разбитую губу — свежую, с корочкой запёкшейся крови.

Где он успел подраться?

Савва из тех, кто всегда выглядит так, будто только что вышел из какой-то передряги, но при этом умудряется оставаться красивым как чёрт.

Его светлые волосы чуть растрепаны, а в глазах пляшут искры — то ли от света фонаря, то ли от предвкушения.

— Ну что, готова к новой главе? — говорит он, протягивая мне шлем. Его голос низкий, с лёгкой хрипотцой, будто он весь день курит или орёт на каком-нибудь концерте.

Беру шлем, чувствуя, как его пальцы случайно касаются моих. Рассматриваю рисунки.

Кожа его тёплая, движения уверенные, но не навязчивые.

Поднимаю голову, смотря на него, пытаясь угадать, что скрывается за этой улыбкой.

Хочу скорости, ветра и того пьянящего чувства, когда сердце стучит так, будто вот-вот выпрыгнет из груди.

— Я хотел написать раньше, но решаю переждать, пока ты разберёшься со своими проблемами, — говорит он.

— Правильно делаешь, — отвечаю я, стараясь, чтобы голос звучит ровно. — Думаю, твоё присутствие не облегчает ситуацию, а обостряет её. Ты же ещё тренируешься у Марка?

Зачем я это спрашиваю?

Вопрос вырывается сам собой, и я тут же жалею, что он звучит так, будто я вынюхиваю, переехал ли Марк к Ксении.

— Ну, вообще-то нет, — отвечает Савва, и в его голосе слышится лёгкая насмешка.

— Нет? А что происходит? — Чувствую, как внутри что-то сжимается. Неужели Марк его выгоняет?

— Ну, судя по всему, кто-то ему докладывает о моём интересе к тебе, а ему это не нравится, — говорит он, чуть повернув голову, чтобы я вижу его профиль. Разбитая губа выглядит ещё заметнее вблизи.

— Только не говори, что вы подрались?

Хмурюсь, пытаясь представить эту сцену. Марк, с его спокойной уверенностью, и Савва, с его дерзкой энергией. Чёрт, это было бы похоже на бой двух быков.

— Да какой там, — хмыкает Савва. — Он ударил меня в лицо и сказал, чтобы я к тебе не приближался. Или уходить из клуба.

О, боже. Ну что за детский сад.

— Савва, я не хочу быть причиной проблем в твоей карьере, — говорю я, чувствуя, как в груди ворочается вина. Я и так всё разрушаю. Теперь ещё и это?

— Я Савва Молот, — усмехается он, и в его голосе звучит такая мальчишеская бравада, что я невольно улыбаюсь. — А клуб Марка не единственный.

— Ну, уходить ради меня точно не стоит, — говорю я, уже серьёзнее. — Хочешь, я поговорю с ним?

— Не надо, — отрезает он, и в его тоне появляется неожиданная резкость. — Давай, раз ты решаешь свои проблемы сама, то я решаю свои сам. А сегодня я хочу думать не о прошлом, а о будущем.

Его пальцы скользят по моей руке, сжимают ладонь, и от этого прикосновения по коже пробегает лёгкий ток.

— И мне бы очень хочется, чтобы в твоём будущем находится местечко для меня.

Он не даёт мне ответить. Вдруг его рука ложится на мою талию, и он наклоняется, как — то слишком быстро сокращая расстояние между нашими губами.