Книга Отпустить 10-го, страница 7 – Хлоя Уолш

О нет.

Голос вернулся.

Ужасный голос.

Из-за него я писалась по ночам.

Из-за него дралась.

Я заткнула уши и громко забубнила себе под нос в попытке заглушить голос.

Нужно избавиться от него раз и навсегда!

— Я чувствовала, нельзя сюда возвращаться, Майк. Чувствовала, что добром это не кончится! И была права.

— Кэтрин, любимая, успокойся. Тебе нельзя нервничать. Особенно на фоне химии.

— Успокоиться, Майк? После того как эта женщина побывала в моем доме? Мне дурно делается от одной только мысли, чем все могло закончиться!

Нажав на смыв, я вскарабкалась на ступеньку — поставленную специально для меня, чтобы можно было дотянуться до кранов в раковине, — и взяла кусок оранжевого мыла.

— А я предупреждал. Надо было слушать. Но ты закусила удила и поступила по-своему. Теперь видишь, в каком аду я жил? И нашу семью ждет то же самое.

— Не выдумывай!

— Извини, не могу. Мы как будто застряли на рельсах и нас вот-вот переедет товарняк.

— Майкл, это маленький шанс, а не стопроцентная гарантия. Поэтому не смей меня упрекать! Я все сделала правильно и не должна выслушивать твои обвинения!

— Правильно для кого?

— Для нашей семьи!

— Для тебя — возможно, но для меня точно нет.

— Да как у тебя язык поворачивается такое говорить?

— Это мое мнение, Кэтрин. Моя правда. Ты все решаешь сама, а меня просто ставишь перед фактом!

Я включила воду и захихикала, когда мыло юркой рыбешкой чуть не выскользнуло из пальцев.

— Мы должны съехать, Майкл. Здесь нельзя оставаться. Она слишком опасна.

— Исключено. Это дом моих родителей, Кэтрин. Дом, где я рос, воспитывался. Мое родовое гнездо.

— Отлично, тогда я возвращаюсь в Корк, в дом своих родителей, мое родовое гнездо, где это чудовище нас не достанет!

— Ехать в Баллилагин, эту глушь? И где прикажешь мне работать? Извини, но родительскую ферму в чемодан не засунешь!

— Ты прекрасно знаешь, что денег у меня более чем достаточно. Нашел из-за чего волноваться. Нам хватит за глаза и еще внукам останется! Отец полностью избавил нас от финансовых проблем, оставив мне родовую усадьбу.

— Я не собираюсь жить за счет твоего наследства, Кэтрин.

— Но мы ведь жили за счет фермы твоего отца.

— А о Киве ты подумала? Она в шестом классе и уже успела сменить три начальные школы. Три! А как переезд повлияет на Элизабет? Ты ведь слышала, что сказала учительница: девочка едва справляется с подготовительной программой, а ее приступы пугают других детей.

— Это называется травма, Майкл. Тебе ли не знать.

— Не начинай...

— Лиззи на редкость способный ребенок. Жаль, ты в упор не хочешь видеть ее достоинств, а из разговоров с учительницей запоминаешь только гадости.

— По-твоему, я виноват?

— Перестань! С нашей дочерью все прекрасно, проблемы у ее отца. Какой же ты трус, если фобии не позволяют тебе любить собственного ребенка.

— Тебе легко говорить, не побывав в моей шкуре.

— Действительно! Забыл, кто занимается с Лиззи? Кто водит ее по врачам?

— А ты не забыла, кто оплачивает ваши походы?

— Сколько раз повторять: я спокойно могу оплачивать их из своего кармана. Отцовские обязанности не сводятся к выписыванию чеков.

Напевая себе под нос, я пыталась не уронить скользкое мыло. Потом взглянула в зеркало и нахмурилась. Не люблю подолгу смотреть себе в глаза. Очень страшно, когда они меняют цвет. Темнеют и начинают разговаривать со мной. Шепчут и шепчут в голове.