Книга Шеф с системой. Турнир пяти ножей, страница 7 – Тимофей Афаэль

Ярослав поставил доску на стол передо мной.

Головка была размером с два кулака. Ничего особенного на первый взгляд, но я-то знал, что скрывается внутри.

Я взял нож и разрезал сыр пополам.

Резкий, сложный запах с нотами погреба и прелых листьев, распространился по залу мгновенно. Он пах чем-то грибным и одновременно сливочным. Непривычный запах, который заставлял нос морщиться, а рот наполняться слюной.

На срезе сыр был кремовым и его пронизывали ветвистые прожилки голубой плесени. Они расходились от центра к краям как молнии на грозовом небе. Каждая прожилка обещала взрыв вкуса, который обычный человек никогда не пробовал.

Оболенский брезгливо поморщился и прикрыл нос рукавом. Гвардейцы у дверей переглянулись с выражением, которое говорило яснее слов: повар рехнулся, гниль государю подаёт.

Я не обращал на них внимания.

Отрезал два куска толщиной в палец. Один положил на чистую доску перед Всеволодом. Второй — перед Святозаром.

— Что это за дрянь? — спросил Всеволод, разглядывая сыр с таким видом, будто я положил перед ним дохлую крысу.

— Это моё новое изобретение. Попробуйте.

Князь посмотрел на меня, на сыр, снова на меня. В его глазах мелькнуло подозрение.

— Ты меня травить собрался, повар?

— Если бы я хотел вас отравить, государь, то сделал бы это с мясом. Вы его съели три куска и не поморщились.

Святозар хмыкнул и первым взял свой кусок, чтобы показать что это не отрава, и откусил.

— Я уже его пробовал, — сказал он, прожевав. — Бьёт по языку как кулаком. Но вкусно, дьявол его дери. С вином так вообще.

Всеволод смотрел на Святозара ещё несколько секунд, потом взял свой кусок, подцепив его кончиком ножа, и отправил в рот.

Князь жевал медленно. По его лицу невозможно было прочитать ничего. Он перекатывал сыр на языке, пробуя, оценивая, пытаясь понять, что это такое и с чем его едят.

А потом проглотил и потянулся за вторым куском. Запихнул его в рот.

Всеволод жевал второй кусок так же медленно, как и первый. Он не мог остановиться. Вкус цеплял, затягивал, требовал продолжения.

Лояльность персонажа «Великий Князь Всеволод» повышена на 10 единиц

Текущий статус: «Жажда обладания» усилена

Персонаж осознаёт уникальность продукта и оценивает экономический потенциал

Князь доел третий кусок и откинулся на спинку стула. Он смотрел на сыр на доске так, как смотрят на сундук с золотом, который нашли в чужом погребе.

— Что это за отрава? — спросил он наконец. — И ты собрался это продавать?

— Продавать, государь. Причём так дорого, что Белозёров захлебнётся слюной от зависти.

Я подошёл к столу и положил ладонь на оставшуюся головку.

— Это сыр с благородной плесенью. Делают его только в одном месте — в крепости Соколовых, по моему рецепту, из молока коров, которые пасутся на их землях. Никто другой такой сыр сделать не может, потому что не знает как. И я не собираюсь ни с кем этой тайной делиться.

Всеволод слушал молча, и я видел, как в его глазах загораются огоньки алчности.

— Одна головка такого сыра стоит столько же, сколько три головки обычного, — продолжал я. — А для столичной аристократии цена вырастет вдвое, потому что везти далеко и хранить сложно. Бояре, купцы, воеводы — все захотят попробовать, а попробовав, захотят ещё, потому что такого вкуса они нигде больше не найдут.