Книга Шеф с системой. Турнир пяти ножей, страница 93 – Тимофей Афаэль

— Илья Петрович, — сказал он. — Ты вчера говорил, что Иларион не вечен. Это правда. Но и ты не вечен. И я не вечен. Вопрос в том, что мы оставим после себя. Лужу с пиявками или океан.

Он вышел.

Дверь закрылась за ним.

Несколько секунд в палате стояла тишина. Потом Лыков выдохнул и откинулся в кресле.

— Ну и наглец, — пробормотал он. — Ну и сукин сын.

Вершинин не ответил. Он стоял у стола и смотрел на дверь, за которой скрылся Веверин.

По спине бежал холодок чего-то похожего на восхищение, смешанного с тревогой.

Он только что встретил человека, который был умнее его. Моложе, наглее и опаснее. Человека, который через двадцать лет будет править этим городом — если его не убьют раньше.

Вопрос был только в том, как с ним работать. Рядом или против.

Вершинин уже знал ответ.

— Три дня, — сказал он, обращаясь к притихшим купцам. — У вас три дня, чтобы привыкнуть к этой мысли. Потом мы примем его условия.

Лыков дёрнулся.

— Но…

— Это не обсуждается, Савва.

Вершинин вернулся к окну и посмотрел на тёмную улицу. Где-то там, в сгущающихся сумерках, шёл человек, который только что перевернул всё, во что верили хозяева этого города.

Океан, значит.

Что ж. Посмотрим, какие волны он принесёт.

Утро встретило нас грязью и капелью.

Снег ещё лежал по углам дворов и под заборами. С крыш капало так, что приходилось идти по середине улицы, иначе рисковал получить за шиворот струю ледяной воды. Солнце светило ярко, но тепла от него было мало — ветер с реки пробирал до костей.

Мы с Макаром шли на рыбный рынок.

Пацан шагал рядом, засунув руки в карманы и хмуро глядел под ноги. Он был не в духе с самого утра — то ли не выспался, то ли думал о чём-то своём. Я не лез с расспросами. Пусть поварится в своих мыслях.

Он заговорил на полпути.

— Саш, — голос его был хриплым от утреннего холода. — Можно спросить?

— Спрашивай.

— Позавчера вечером… Ты же был на совете у этих. У купцов.

— Был.

— И что? — он поднял голову и посмотрел на меня. — Они же тебя боятся теперь. После Илариона… Они бы тебе всё отдали. Почему ты не взял их склады? Почему не стряс золото?

Я усмехнулся. Макар мыслил как уличный пацан, которым и был. Увидел слабость — бей, отбирай, забирай себе. Логика выживания в портовых трущобах.

— Давай так, — сказал я. — Допустим, я беру их склады. Что дальше?

Макар пожал плечами.

— Ну… У тебя будет мясо. Мука. Рыба. Бесплатно.

— Бесплатно, — я кивнул. — А кто будет эти склады пополнять?

— Они… — Макар нахмурился. — Купцы будут.

— Верно. Купцы будут. А если они решат, что им это надоело? Если они скажут — забирай свои склады, а мы уходим? Что тогда?

Макар молчал. Он начинал понимать.

— Возьмёшь их золото — станешь их должником, — продолжал я. — Заберёшь склады — будешь зависеть от их поставок. Любой подарок — это крючок. Сегодня они дают, завтра требуют взамен. Послезавтра ты уже не хозяин, а их прислуга, которая делает то, что ей велят.

Мы обошли огромную лужу, в которой отражалось серое небо.

— Не надо требовать куски от чужого пирога, Макар, — сказал я. — Надо печь свой. Понимаешь разницу?

— Не совсем, — честно признался он.

— Смотри. Сейчас Гильдия душит город. Хочешь торговать — плати. Нет денег — убирайся. Из-за этого люди уходят, город беднеет, денег всё меньше. А если открыть рынок? Убрать эти дурацкие поборы?