Книга "Л" значит Лили. Часть II, страница 147 – otium

— Не то чтобы я с тобой спорила, но кто конкретно тварь и почему? — Лили осторожно пригубила вино. Сладкое, невероятно душистое, с нотками карамели и лакрицы... Интересно, это то самое, которое подают к столу у Поттеров? Тогда понятно, отчего она в театре даже ничего не попробовала. — Может, расскажешь, что у тебя стряслось? Если что, мой «Ведьмополитен» с десятью порчами для соперниц всегда к твоим услугам.

В каминной трубе загудел ветер. Огонь припал к догорающим поленьям, как шкодливый рыжий кот, а потом снова выпустил длинные языки. Мэри не то рассмеялась, не то всхлипнула. И подобрала под себя ноги — измятая мантия барабаном натянулась на коленках, из-под темно-синего подола выглянули маленькие ступни в шелковых чулках.

— Нет, дело не в соперницах. Он... в общем, он позвал меня замуж. А я... ну, не то чтоб не хотела, но... Он уже все за меня решил, понимаешь? Мы поженимся в январе, — она разогнула один палец. — Поселимся в маленьком коттедже в Годриковой лощине, — разогнула второй. — Я уволюсь с работы и посвящу себя семье. И, конечно, как можно скорее рожу ребенка, потому что его родители уже пожилые и мечтают о внуках, — Мэри разогнула два оставшихся пальца. А потом залпом допила вино и отставила бокал в сторону — тяжелая ножка примяла бежевый ворс ковра, и случайно упавшая на него капелька расплылась рубиновым пятнышком крови.

Лили передернуло. И от мрачной ассоциации, и от едкого запаха дыма, которым тянуло из камина. И оттого, что такая перспектива выглядела и впрямь... как-то не очень.

— Ужас, правда? — Мэри уставилась на собственные руки. На длинные пальцы со свежим маникюром, и нежно-розовый лак переливался перламутром — вот только сами ногти были обгрызены почти до мяса. — Знаешь, мне ведь нравится создавать портключи. Там нужно во всех деталях представлять себе место назначения, а у меня как раз хорошая память на места. Я уже объездила весь Уэльс и половину Ирландии, а весной Маклагген обещал отдать мне Италию! Италию, представляешь? — она подняла на Лили воспаленные, совершенно измученные глаза. Косметические чары потихоньку сползали — теперь стали видны и покрасневшие белки, и распухшие веки... — Мои портключи точны как часы, срабатывают вовремя и никогда не промахиваются. А он и слушать ничего не стал: увольняйся, мол, или ты считаешь, что я позволю своей жене и ребенку в чем-то нуждаться?

Ой, какой же он идиот! При чем тут деньги, неужели не ясно... Но да, это же Поттер, у него вообще с понятливостью туго. Небось еще и пышную свадьбу закатить потребовал — как у Петуньи, или даже хуже. Вот кошмар-то!

— Знаешь, я всегда подозревала, что логарифм Поттера по основанию «глупость» равен бесконечности, но даже не думала, что он сам это так наглядно докажет, — она ободряюще сжала ладонь подруги. — Даже не знаю, стоит ли он твоей фирменной порчи... но если что, то я с тобой — всегда мечтала посмотреть на прыщавого оленя! — в слабой попытке пошутить добавила она.

Но Мэри не улыбнулась. Только откинула голову и затылком прижалась к бархатистым диванным подушкам. На темно-синем фоне ее светлые волосы казались почти белыми.

— Я думала, мы будем партнерами, — тихо сказала она. — Будем сражаться со злом — плечом к плечу, как тогда в театре. А он, оказывается, все это время только и думал, как бы запереть меня дома. И заставить рожать детей, потому что его родителям хочется внуков. Еще и интересами моими прикрывается — дескать, это для моего же блага, а он просто пытается меня уберечь от войны и опасностей...