Книга Под тенью белой лисы, страница 64 – Бронислава Вонсович

— Я за вас и не волнуюсь, – меланхолично заметил Волков. – Мне Лизу жалко. Втягиваете ее, куда не надо, а защитить в случае чего не сможете.

— А вы сможете, Александр Михайлович? – едко спросила Рысьина.

— Я смогу, Фаина Алексеевна, – довольно жестко ответил он. – Я и сам сильней, и клан наш куда сильней вашего.

Княгиня зло дернулась, а ноздри ее внезапно вытянувшегося носа гневно затрепетали, но она не возразила, что лучше любых слов говорило, что Волков сейчас сказал правду. Но вот то, что меня принимают за предмет мебели, начинало злить.

— Я разве просила меня защищать? – уточнила у Волкова. – В гости я вас тоже не звала, так что вы можете продолжить разговор с Фаиной Алексеевной в другом месте.

— Поверьте, Лиза, у меня есть чем заинтересовать и вас, и вашу бабушку, – усмехнулся он. – Не торопитесь говорить нет.

— Проблемы клана Рысьиных я не принимаю близко к сердцу, – заметила я.

— У вас и своих достаточно, правда, вы пока не осознаете их серьезности.

— Вы сейчас о чем? – встрепенулась княгиня.

— Не уверен, что Лиза одобрит разглашение своих секретов.

Признаться, ему удалось меня заинтриговать, хотя я и понятия не имела, на что он намекает. На всякий случай покивала: разглашения моих секретов я действительно не хотела, даже если окажется, что эти секреты только в волковском воображении.

— У вас есть общие секреты? – с непонятным выражением спросила Рысьина.

— Скорее, это секреты Лизы, о которых она думает, что никто, кроме нее, не знает.

Неужели намекает на домового? Натрави он на меня Соболева, неприятности обеспечены. В самом деле, Волков подозревает, кто находился в доме Соболева, а если посильнее надавить на Песцова, то тот непременно подтвердит. Не то лицо Дмитрий Валерьевич, чтобы защищать даму, если своя шкура горит.

— Отложим пока разговор о секретах моей внучки, – недовольно прищурилась Рысьина. – И обсудим то, что вы хотите предложить нам.

Волков набросил на комнату плетение от прослушивания и невозмутимо сказал:

— Объединение и трон. Трон, разумеется, не для вас, а для ваших наследников. Точнее, наших.

— Бабушка, кажется, Александр Михайлович делает тебе предложение, – борясь со смехом, сказала я. – Советую согласиться. Вы прекрасно дополняете друг друга. А уж приз в виде наследника на троне сам по себе заманчивей некуда.

— Фаина Алексеевна, без всяких сомнений, прекрасна, – насмешливо склонил голову Волков, – но, боюсь, без моей помощи вы долго не проживете, Лиза.

— Выложите все, что обо мне знаете?

— Зачем же? Просто отойду в сторону и не буду мешать вам убиться, – ответил он и очень нехорошо улыбнулся.

А в голове у меня неожиданно прозвучало: «Второй зверь, Лиза, знаешь ли, совсем не безобиден». Сказать, что я была в ужасе, – значит ничего не сказать. Плетение от ментального воздействия у меня получилось только со второго раза, Волков же смотрел на мои потуги с неопределенной улыбкой. Откуда он вообще узнал о появившейся у меня лисе?

— У вас талантливая внучка, Фаина Алексеевна.

— Что вы ей сказали? – резко спросила Рысьина, от которой не укрылось то, что Волков мне что-то передал ментально.

— Это наш с Лизой секрет, Фаина Алексеевна.

— У Лизы не должно быть от меня секретов.

— Тем не менее они есть, Фаина Алексеевна, – явно наслаждаясь ситуацией, ответил Волков. – И секрет этот непременно поможет нам найти взаимопонимание, не так ли, Лиза?