Книга Глаша 2, страница 64 – Лана Ланитова

— То есть, как так, сбежала? Куда?

— Помилуйте, Александр Петрович, да кабы я сам знал. Лошадей остановили трое разбойников, в собачьих шапках и военных мундирах без знаков отличия, прямо на улице, днем. Все они были с оружием. Одному из наших охранников досталось крепко. Ему прикладом разбили все лицо. Поверьте, он защищал арестантку, как мог. Но разбойники отбили ее, посадили в свои сани, в кибитку, и были таковы.

— Но кто?! Кто посмел?!

— А вот это мы выясняем. Рылова Глафира повторно объявлена в розыск. И как только мне станет что-то известно, я сразу же вам доложу. А пока, не смею задерживать, – Иван Иванович сухо кивнул.

Александр Петрович вышел из полицейского участка и долго шел куда-то без цели. Он даже не заметил, что забыл надеть на голову шляпу. Черные волосы покрылись снегом. Он вышел к набережной Фонтанки и стоял возле чугунной вязи перил, смотрел на белую мертвую реку. Так же, как и на Глафиру, на его душу спустилась полная тоска. Он понял, что потерял свое сокровище навсегда.

Ему показалось, что на противоположной стороне улицы, ближе к разноцветному, плотному ряду доходных домов, мелькнул знакомый образ того господина, который тогда, летом, был у него в гостях, и который так счастливо свел его когда-то с Глафирой. Неужели это был он? Он силился, но не мог припомнить его имени. Горелов даже сделал шаг по направлению к этому человеку, одетому в темный плащ на меху и черную шляпу. Но незнакомец сделал сочувствующее выражение лица и развел руками.

— Подождите, господин… я запамятовал, как ваше имя, – крикнул Горелов.

Бывший знакомец приподнял в приветствии шляпу, отвернулся и быстрым шагом пошел прочь.

Весной этого же года, в одной из ювелирных мастерских, занимающихся скупкой, был задержан некий Яков Лудилов при попытке продажи кольца из коллекции украшений, украденных в доме чиновника по особым поручениям при губернском архиве, Горелова Александра Петровича.

Графиню Горелову Татьяну Тарасовну пригласили на опознание кольца и человека, задержанного при попытке продажи оного. В нем Татьяна Тарасовна узнала своего бывшего дворецкого, который не так давно уволился со службы, сославшись на роды собственной жены, проживающей в деревне. При обыске у него была изъяты почти все украденные драгоценности.

* * *

Перед уходом Татьяны Тарасовны судебный следователь по уголовным делам Иван Иванович Студнев поинтересовался здоровьем ее супруга.

— Плох Александр Петрович, совсем плох. Зимой подхватил инфлюэнцею. Долго болел. Доктор сказал чахотка, – Татьяна Тарасовна делано всхлипнула и поднесла платок к сухим глазам. – Вот собираюсь забрать его в Италию. Не знаю, довезу ли? Он почти уже не ходит.

Да, сырая петербургская весна, пришедшая за морозной зимою, увы, стала для Александра Горелова безрадостной.

А что же наши героини?

Мы оставили их рядом с Обводным каналом. Рано утром подруги отправились по набережной Лиговского канала, в поисках работы и жилья. Они обошли уже с десяток домовладений, мастерских и доходных домов, но всюду перед ними захлопывали двери. Татьяна протиснулась через чугунный забор одной из арок и протащила за собой Глафиру.

— Чего нам стучаться с парадных? Тут либо швейцары, либо ливрейные, а то и просто слуги сонные. Они разговаривать не станут. Пошли лучше со дворов.