Книга Михайловская дева, страница 110 – Лана Ланитова

— Нет, милостивый государь, я столько времени мечтала здесь оказаться, а ты хочешь меня увести.

— Ну, гляди у меня! – он сделал страшные глаза.

С этими словами он крепко взял ее за руку и завел за ширму. Там стояло довольно странное сооружение из дерева, похожее на деревянное кресло. Маша и охнуть не успела, как он легонечко толкнул ее прямо на него.

— Снимай юбку и рубашку. Мне нужен твой низ, – горячий шепот вливался в ее уши.

— Одним движением она скинула с себя домашнюю юбку и пышный подъюбник. Без дополнительных просьб Маша сняла и верхнюю шелковую кофту, оставшись совершенно голой в одной полупрозрачной батистовой сорочке, чуть покрывающей тугие груди.

— Раздвинь ноги, – командовал барин.

Его слегка потрясывало от вожделения.

Маша с готовностью исполняла его просьбы. Специальными кожаными ремнями он затянул ей щиколотки в конце подставок для ног, и широко развел ноги.

— Прости, ma chère, но я свяжу тебе и ручки. Ты не должна шевелиться.

— А как я буду двигаться навстречу? – наивно спросила она.

— Уфф, ты точно одержима. У тебя лишь одно на уме!

— Любимый, нет ничего слаще твоего движения во мне. Но я не умею лежать при этом ровно. Я должна насаживаться на тебя.

— Машка, у меня и без этих приспособ скоро х*й треснет. Я сейчас не выдержу этого спектакля и просто вы*бу тебя.

— Ну, нет… Так не интересно. Продолжайте, ваше благородие. Ах! – и она откинулась на спинку кресла. Её зад поддался навстречу. – Я вся в вашей власти.

Михайлов подошел к шкафу, отпер его и достал с полки деревянное дилдо.

Маша посмотрела на него с восхищением.

— О, я поняла твой замысел. Скорее… – она тяжело дышала.

Через некоторое время она попросила второе, чуть толще. Михайлов исполнял ее просьбы, шалея от удивления.

— Не оставь без внимания и мою вторую дырочку, – горячечно шептала она.

— Машка, ты вся течешь…

— Сильнее – хрипела она. – Господи, как хорошо!

Во время этого пиршества плоти Михайлов ласкал своей любовнице все мыслимые и немыслимые места. В ход пошли мягкие кисточки для клитора, зажимы для сосков и даже китайская банка. В конце всей жуткой фантасмагории, барин легонечко стукнул Машу по распухшей и возбужденной горошине клитора, и Маша с криком кончила. Несмотря на толстые стены, весь нижний этаж флигеля содрогнулся от протяжного стона.

— Вот и таись с тобой. Сейчас не только девки проснутся, но вообще весь дом, – с усмешкой констатировал он.

— Любимый, привяжи теперь меня задом и войди в меня сам.

— Я сделаю это. Только, увы, я не смогу в этот раз долго… Ты сводишь меня с ума.

* * *

Однажды, приехав из основной усадьбы, он снова застал Машу за разглядыванием анатомического атласа.

— Ma chère, признаюсь, что в здешних местах я не встречал девушки более пытливой и охочей до наук.

— Роман Алексеевич, ты ездишь по делам, общаешься, ведешь умные разговоры, но и мне хочется познавать что-то новое.

— Это анатомический атлас Буяльского^[25]. Ты смотришь картинки устройства женского таза.

— Да, я поняла это.

— Зачем тебе эти страсти?

— Роман Алексеевич, грешно сказать, но я хочу столько нового познать о женском теле.

— Интересно… – он приподнял бровь.

— Ну, не знаю… Как только я стала женщиной, благодаря тебе, не было и дня, чтобы я не благословила свой род и мать природу. Господь во мне все так ловко устроил. У меня столько приятственных мест. И все их трения меня приводят в сладкий трепет.