Книга Мажор. Сыграй мою невесту, страница 29 – Шарлотта Эйзинбург

— Куда?

— Куда угодно. Подальше от этого цирка. Пошли.

Он решительно переплетает свои пальцы с моими и тянет за собой. Мы вылетаем из подсобки в коридор. Где-то позади раздается громовой рёв его отца, но Давид даже не замедляет шаг.

Мы выскакиваем на улицу. Осенний ноябрьский ветер с размаху бьет ледяной плетью по моим голым плечам — пуховик так и остался в гардеробе. Меня пробивает дрожь, но Давид уже распахивает передо мной дверь «Порше».

Я падаю на кожаное сиденье. Давид прыгает за руль, мотор ревёт, и мы срываемся с места, оставляя университет далеко позади.

Сердце бьется как бешеное. Я смотрю в окно, обхватив себя руками за плечи. Это всё неправильно. Так не должно быть. Я должна ненавидеть его. Но почему, когда я просто смотрю на него, внутри всё переворачивается вверх дном?

Давид на секунду отрывает взгляд от дороги и смотрит на меня. На его губах играет та самая дерзкая ухмылка, а в хитрых глазах плещется чистый огонь и страсть. Он протягивает руку, берет мою ледяную ладошку и крепко, согревающе сжимает её в своей.

— О чём ты думаешь, Вера? — мягко спрашивает он.

Я качаю головой, нервно хмыкаю и прочищаю горло, пытаясь избавиться от вставшего кома.

— Я не знаю, Давид. Что теперь будет?

— Всё будет хорошо, — абсолютно спокойно отвечает он, поглаживая костяшки моих пальцев. — Не переживай вообще ни о чём.

«Порше» плавно сворачивает с асфальтированной трассы на узкую лесную дорогу, гравий тихо шуршит под шинами. Фары выхватывают из темноты высокие сосны, и вскоре мы останавливаемся перед небольшим домом.

Я удивленно моргаю. Я ожидала увидеть очередной пафосный особняк в три этажа с колоннами и лепниной, но это… это просто чудо. Аккуратный, стильный домик из темного

бруса в скандинавском стиле, с широкой открытой верандой и панорамными окнами. Он выглядит невероятно уютным и спрятанным от всего мира.

Давид глушит мотор, выходит из машины и, обогнув капот, открывает мою дверь, протягивая руку.

Я вкладываю свои озябшие пальцы в его широкую ладонь и, выбравшись наружу, нервно усмехаюсь:

— С каких это пор ты стал таким галантным, Монахов?

Он захлопывает дверцу, не выпуская мою руку, и на его губах играет та самая дразнящая, самоуверенная ухмылка.

— Наслаждайся, катастрофа. Это эксклюзивная опция. Включается только для колючих мышек, которые сбегают со мной посреди ночи.

Мы поднимаемся по деревянным ступеням на веранду. Давид отпирает дверь, щелкает выключателем, и дом оживает.

Внутри пахнет хвоей, деревом и легким, едва уловимым запахом мужского парфюма. Просторная гостиная с высоким потолком, пушистый ковер, огромный кожаный диван и настоящий каменный камин.

— Располагайся. Будешь вино? — Давид снимает пиджак, бросает его на кресло и направляется к небольшому бару в углу комнаты.

Я стою посреди гостиной, обхватив себя руками за плечи. Меня бьет легкая дрожь — то ли от ноябрьского холода, то ли от осознания того, где я и с кем.

— Нет, спасибо, — тихо отвечаю я.

Он замирает с бутылкой в руке. Медленно оборачивается, сканируя мою напряженную фигуру, мои голые плечи в тонком шелке.

— Ты совсем замерзла, — поставив бутылку на кофейный столик, он подходит к камину, нажимает пару кнопок на скрытой панели, и внутри вспыхивает теплое, живое пламя газовой горелки.