Книга Бывший. Ты пожалеешь!, страница 49 – Ира Орлова, Виктория Ким

Я больше не могу сидеть на месте. Моё тело дрожит от напряжения. В голове гул, эмоции рвутся наружу. Мне нужно что-то… что-то, чтобы сбросить этот груз, чтобы выпустить это всё. Гнев. Стыд. Боль. Всё это разъедает меня, и я чувствую, что ещё немного, и просто взорвусь.

В это время я замечаю компанию за соседним столиком. Четверо парней, громкие, весёлые, пьяные. Один из них, особенно наглый, постоянно бросает в мою сторону взгляды, будто ищет, с кем сцепиться. Он что-то говорит своим друзьям, они смеются, и мне кажется, что это про меня.

Нужен повод. Один маленький повод.

— Эй! – громко и нагло говорю я, поворачиваясь к ним. – Хватит ржать.

Они поднимают глаза.

— Успокойся, мужик, просто видос зачетный смотрим, – ухмыляется самый наглый из них, его друзья тут же начинают смеяться.

Видос... Для меня это становится триггером. Поднимаюсь с места, медленно и угрожающе. Боковым зрением замечаю, как бармен напрягается, готовый вмешаться, но я его игнорирую. Подхожу к их столику, становлюсь над этим типом.

— Повтори, – говорю я, смотря ему прямо в глаза. – Какой видос?

Он медленно встаёт, чуть выше меня ростом, но явно уверен в своей компании за спиной.

— Слушай, мужик, расслабься, – говорит он, но его ухмылка только злит ещё больше. – Вали за свой столик, пока ебле...

Отлично. Это мой повод.

Я не даю ему договорить. Моя рука летит быстрее, чем я успеваю подумать. Удар в челюсть, резкий, полный гнева. Он отшатывается назад, его стул с грохотом падает на пол. На мгновение в баре воцаряется тишина, но уже через секунду всё взрывается. Его друзья вскакивают, начинают кричать. Один из них бросается на меня, но я уже готов. Грудь сжимается, кровь кипит, а кулаки находят свою цель.

Удары сыплются со всех сторон. Кто-то попадает мне в живот, другой пытается схватить за руку, но я вырываюсь, молотя, как машина. Я не чувствую боли, только ярость. Это мой способ выпустить всё: обиду на Олесю, ненависть к самому себе, разочарование в жизни, которую я так бездарно просрал.

Бармен кричит что-то, но его голос теряется в гуле. Я чувствую, как моё лицо горит, как кровь стучит в висках. Кто-то хватает меня сзади, пытается повалить, но я вырываюсь и толкаю его в сторону. Кулак снова находит цель, и этот звук — звук удара — становится единственным, что я слышу.

Меня наконец хватают за руки, крепко, сильно. Двое из их компании повалили меня на стол, один держит, другой замахивается. Я вижу его кулак, знаю, что будет дальше, но всё равно ухмыляюсь. Это лучше, чем сидеть с этим гниющим внутри чувством.

Удар. Тёмное пятно в поле зрения. Я падаю на пол, слышу, как что-то кричит бармен. Может, он вызвал полицию. Может, сейчас всё закончится. Но я уже не чувствую ничего. Только пульсирующую боль — внутри и снаружи.

* Богдан *

Когда я возвращаюсь домой, на улице уже светает. Город начинает просыпаться, но в моей голове всё ещё царит хаос. Каждая клетка тела болит. Лицо саднит от свежих ссадин, кулаки разбиты, на рубашке пятна крови, в основном, надеюсь, не моей. Алкоголь в крови ещё даёт о себе знать, но уже не туманит разум, а только усиливает боль — физическую и душевную.

Я открываю дверь, и на меня обрушивается странная тишина. В прихожей темно, но в гостиной горит свет. Сначала думаю, что квартира пуста, но потом слышу всхлипы. Я прохожу дальше и вижу Олесю. Она сидит на диване, ноги поджаты, лицо мокрое от слёз. Её волосы растрёпаны, глаза опухли. Она, похоже, рыдала всю ночь.