Книга Системный Кузнец IV, страница 2 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

— Здесь что ль? Прямо на дороге⁈

— А сколько стоять-то будем? Всю ночь⁈

— А если твари нападут⁈ Вдруг их тут тыща! Вы ж не справитесь! — почти срываясь на крик, заголосила какая-то женщина.

— Приказ капитана — стоянка! — отрезал солдат, и свет факела выхватил раздражённое лицо. — Огонь не разжигать! Спать в повозках или на земле, рядом с телегами. И тихо!

Мужик прошёл мимо меня — почувствовал идущий от воина запах пота, кожи и нервного напряжения. Солдат скрылся в конце колонны, и лишь огонёк факела ещё некоторое время плясал во тьме, пока не погас.

— Как же ж без огня-то⁈ — хлипким голосом причитала та же женщина. — Окоченеем же!

— Перетерпим, — грубо оборвал стенания какой-то мужик. — Сказано — значит, так надо, дура.

Осмотрел в темноте нашу повозку — там, между ящиками с инструментами и узлами, виднелся маленький карман, куда и намеревался занырнуть, чтобы прикорнуть. Вот только как быть со здоровяком Ульфом? В эту щель тот точно не влезет.

Вздохнул, подошёл к парню и прошептал:

— Ульф, слушай. Давай сделаем так — сейчас сложим то, что не боится сырости, на землю у телеги, накроем на всякий случай, а сами устроимся в ней. На земле лучше не спать, холодно будет очень.

Думал в первую очередь про молотобойца — сам-то, наверное, мог бы и на земле устроиться. Вот только опасался, что к утру вокруг образуется огромное чёрное пятно от растаявшего снега.

— Давай, — низко прогудел Ульф.

— Тс-с-с… — приложил палец к губам. — Твари могут услышать. Постараемся быть потише.

Парень кивнул, но я увидел, как в наивных глазах блеснул огонёк — для здоровяка, кажется, всё это — захватывающее приключение.

Мы, стараясь не греметь, начали стаскивать с телеги то, что не боялось сырости: мешок с камнями, связку кричных заготовок, несколько испорченных поковок. Сложили это всё у колеса и накрыли большим куском просмолённого брезента, который нашёл в кузне.

Затем забрались на телегу. Ульф занял почти половину свободного пространства, даже свернувшись калачиком. Я же юркнул в узкую щель между деревянными деталями от мехов и большим ящиком с инструментами. Угол ящика больно давил в плечо — долго ворочался, пытаясь устроиться поудобнее, и удалось найти сносное положение, только когда перевернулся на бок.

В колонне ещё долго слышался тихий шорох и приглушённый шёпот. Люди устраивались на ночлег.

Уснуть не мог — лежал, наверное, час. Тёплый южный ветер иногда задувал под полог телеги, принося живые запахи мокрой листвы и далёких трав, а запахи будили мысли о будущем.

«Наверное, завтра снег совсем растает, если так пойдёт,» — думал я. — «Неужто ранняя зима отменяется? Что же это тогда было?»

Вот бы снова увидеть зелень. Услышать стрекот кузнечиков, а не тварей. Вот бы никуда не бежать, а просто заниматься делом. Может быть, даже познакомиться с кем-нибудь, с какой нибудь девушкой например — постарше конечно, чем Кай, лет эдак двадцать хотя бы. Тренироваться. Практиковать…

И когда одна за другой начали приходить простые мысли о мирном будущем, сам того не заметив, провалился в спокойный сон.

Проснулся, когда рассвет только-только начал процарапываться сквозь мрак — розовый отблеск на сером небе, но его хватало, чтобы можно разглядеть тёмные силуэты людей и телег. Вдалеке, вверх по колонне, были слышны хриплые окрики.