Онлайн книга «Волчий ток»
|
— Холлис рассказал мне кое-что интересное. – Айч не сводил глаз с машин на соседней полосе. – Насчет скелетов. Ты знаешь, как трудно в наши дни заполучить хороший скелет? О‐о. Холлис об этом слышит, так сказать, по работе, в рамках общения со всеми этими врачами. Некоторые из них преподают, занимаются университетской деятельностью, они ему об этих проблемах и рассказывают. И, похоже, – Айч печально развел руками, – сейчас на рынке настоящая засуха в отношении действительно хороших человеческих скелетов класса «А». Всем приходится довольствоваться этими поделками из пластика или оргстекла. Раньше их, настоящих, доставляли из Индии и других подобных мест, сказал он мне, – настоящий, понимаешь ли, экспортный продукт из Третьего мира, но многие из тех мест сейчас позакрывались. Политика, всякое такое. Плюс сейчас – обрати внимание – многое из тех, что реально поступают в продажу, перехватывается всякими там конторами и конторками по интерьер-дизайну. Какими-нибудь денежными яппи, охочими до мотивов из костей. Сначала им подавай, чтобы на стенке уже висел череп водяного буйвола или чего-нибудь в этом роде, а затем их тянет уже и на человечинку, да еще и качество обеспечь. И качество, как ты понимаешь, хорошее, из-за которого они за ценой не постоят. Ну а это приводит к резкому росту цен. Он знал, что Айч краем глаза за ним наблюдает, проверяя реакцию на такого рода разговоры. Нет ли в нем какой-нибудь брезгливости. Чарли сохранял неподвижность лица, просто наблюдая за уличным потоком. Тема была, скорее, деловой, чем о чем-то гнилостном. Айч задумчиво выпятил нижнюю губу. — Холлис сказал и еще об одном: что скелеты бывают разного качества. Особенно что касается черепов. По сути, градации «А», «В» и «С». В зависимости от того, сколько в наличии осталось зубов. Если зубы все как есть, – ну, с несколькими пломбами, – то это класс «А». Интересно… – Он зажал губу между большим и указательным пальцами, подержал и выпустил. – Ты ведь помнишь нашего приятеля Майка? Он произнес это так, будто Майка они выбросили не день-другой, а несколько месяцев назад. Айчу словно приходилось недюжинно напрягать память, чтобы воскресить его в ней. Чарли кивнул. — Помню, и что? — У него, кажется, были неплохие зубы, да? В смысле, он же был молод, да еще врач… То есть ухаживал за собой как надо. Может, пары зубов и лишился, когда ты припечатал его той трубой. Вообще-то трубой Майка припечатал как раз Айч – наотмашь, тот аж полетел. Чарли посмотрел на Айча. — Ты чего хочешь? Вернуться туда и забрать его, соскрести мясо с костей или что-то в этом роде? — Да боже упаси! – отмахнулся Айч. – Вовсе нет. Я о том, что он там валяется у черта на куличках, и через какое-то время от него останутся одни кости. Снимать с них мясо будет и необязательно. Солнце само, знаешь, все высушит. И даже выбелит. — Я так не думаю. В тех краях водятся койоты. Они его изорвут на куски. И кости все размелят, чтобы добраться до… как его… костного мозга. Даже если вернуться, то там не найти ни одного кусочка размером крупнее ногтя. Чарли не знал, правда это или нет, но звучало правдоподобно. — Да? Лажа. – Айч с грустью уставился в лобовое стекло. – Койоты, говоришь? – Он что-то прибрасывал. – Действительно скверно. Ведь иначе можно было выручить вполне достойную цену за симпатичный человеческий скелет, с зубами в хорошей сохранности. Речь не идет о миллионах, но все же… |