Книга Сто жизней Сузуки Хаято 2, страница 5 – Мария Дубинина, Сора Наумова

Кому бы позвонить?

И именно сегодня, когда Ишинори было хуже обычного, он понял, что звонить некому. Конечно, в телефоне остались контакты одноклассников из прошлой школы, но Ишинори не знал, что сказал бы им, если они вообще захотят ответить. Он посидел еще немного, открыл чат «Принца тэнгу» и перечитал последние сообщения ребят. Кодзи прислал фото брата, уплетающего поздний ужин. Ютака закидал изображение смеющимися стикерами – он чаще использовал их, чем просто писал сообщения. Такэнори прислал в ответ снимок неба над крышей его дома. Ишинори обвел взглядом комнату – и закрыл чат.

Всю ночь он писал новую песню. Жаль, что до концерта в субботу они не успеют ее отрепетировать, но Ишинори не сомкнул глаз до самого утра, так торопился закончить. Едва проснувшись, Ишинори испуганно прислушался. Тихо… Тогда он выглянул за дверь, убедиться, что мама и правда ушла на работу и забыла про обещанное накануне. Еще не веря своему счастью, Ишинори поторопился собраться в школу и выдохнул только когда отошел от дома достаточно далеко, чтобы не услышать свое имя.

Путь до школы предстояло преодолеть на электричке, тогда как в прошлую Ишинори ходил пешком, она была совсем рядом. Еще один минус в копилку их новой реальности. Люди спешили по своим делам, стройными косяками мигрируя между вагонами и платформой, как бесконечный поток маленьких деловых рыбок. Ишинори даже усмехнулся такому сравнению, а потом его чуть подтолкнули в спину, наверняка случайно, и пришлось вливаться в толпу, чтобы не опоздать на первый урок. Только стоя между школьницей в клетчатой юбке и сонным парнем, почти повисшим на поручне, он подумал о том, что неизбежно приближался момент знакомства с новым классом. Точнее уж нового класса с ним. Какими будут его одноклассники? Как воспримут его привычки, увлечения, его внешность? В вагоне было душно, но Ишинори вдруг стало холодно. Он поежился и закрыл глаза, мысленно напевая написанную ночью песню.

«Привет, меня зовут Сайто Ишинори, прошу, позаботьтесь обо мне». Так он сказал, когда учитель вызвал его к доске и велел представиться. Ишинори поклонился, смотря на мыски своей обуви и ощущая на себе любопытные взгляды. Они преследовали его полдня, пока он не сел на перемене перекусить скромным бенто, который сам себе и собрал перед выходом: омлет, брокколи и рисовый колобок.

— Слышали, в субботу вечером будет выступать какая-то группа? – Ишинори поднял голову, прислушиваясь к разговору девочек, собравшихся за одним из столов. – Принц… Нет. Не могу вспомнить.

— «Принц тэнгу», – подсказала одна. – Моя подруга Нана уже ходила на их концерт, ей очень понравилось.

— Я никогда раньше о них не слышала, – поделилась третья.

— Ничего удивительного. Это же подпольные айдолы. Сейчас покажу видео…

Она произнесла это так, будто само существование Ишинори и его друзей – что-то запретное, но манящее. Как серебристые волосы, которые необходимо прятать, чтобы никто не задавал вопросов. Захотелось подняться и сказать: это я, я «Принц тэнгу»! Но, разумеется, он остался сидеть неподвижно, с застрявшим в горле сухим комком риса. В субботу он обязан выложиться на все сто. В последнее время его преследовала тревога, объяснения которой он не мог найти. Ему казалось: вот-вот что-то произойдет, вот-вот что-то такое случится, отчего вся его жизнь изменится. Может, как раз в эту субботу. Он накрыл почти нетронутый обед крышкой и отвернулся к окну. По прозрачно-голубому небу лениво ползли легкие перистые облака – день будет ясным.