Книга Сто жизней Сузуки Хаято 2, страница 50 – Мария Дубинина, Сора Наумова

Он посмотрел на Ишинори, на Рюичи, отстраненно глядящего куда-то выше его плеча, и остановился на Хаято.

— Понимаете? – повторил он беспомощно, отчего-то посчитав его самым человечным из троих. Тут его сложно было осудить, ведь Ишинори, как и Рюичи, казался совершенно отчужденным.

— Наверное, – ответил Хаято. – Но это же не вся история, да?

— Что было после кур? – спросил Ишинори.

— Бездомные псы, – покаялся Дзаннин. – Они понравились ей, и мне пришлось заказать другую бочку, чтобы помещалось… больше. Я даже купил для нее корову. Я боялся, что она перестанет помогать.

Неприятное предчувствие заставило сердце забиться чаще. Хаято не рискнул озвучить возникшее в голове предположение, ждал, когда Дзаннин скажет сам.

И он сказал.

— В этом году она захотела человека.

Эти слова камнем рухнули в тишине залитого предрассветной серостью кабинета. Не удивительно, что сато набралась такой силы, ведь ее долго и сытно кормили и дарили ей свой страх. Она почти стала ками – ками этого человека, чьей веры и чьего служения хватило бы сполна. Оставался последний шаг, но, к счастью, он так и не был сделан.

— Я не мог этого допустить, это уже слишком! – воскликнул Дзаннин. – Я не пришел в условленное время, и тогда она разгневалась и наслала проклятье на мою Хонами. Я ведь специально держал ее подальше от моря после переезда, не позволял ходить на побережье, разорвал все связи с бывшими соседями.

— Не со всеми, – произнес Хаято и пояснил: – Не с Гэнки.

— Этот наглец! – взвился Дзаннин. – Думал, что сможет претендовать на мою дочь! Он, нищий сирота!

Рюичи впервые пошевелился и посмотрел на мужчину. Тот едва ли что-то по нему понял, но Хаято представлял, как Рюичи поставил бы его на место в другой жизни. Но это сделал Ишинори.

— Вы тоже нищий, Дзаннин-сан. Все, что вы получили, было куплено дорогой ценой, и в этом нет ни капли вашего труда и ваших заслуг. Ну и как, нравилось жить в страхе, что кто-то раскроет секрет вашего успеха? Скажите, вам спокойно спалось? Думали, счастье и благополучие так легко дается?

Дзаннин понуро молчал. Он уже с лихвой расплатился за минувшие годы, но Хаято смотрел на него и не чувствовал ожидаемой жалости. Ему было больше жаль Хонами, которая рано или поздно обо всем узнает.

Рюичи поднялся первым и, не прощаясь, направился к выходу.

— Постойте! А вознаграждение?

Дзаннин выложил на стол мешочек с монетами. Хаято посмотрел на него с удивлением, почти с презрением, но Ишинори сгреб его и подкинул в ладони.

— Это оплатит нашу работу, но не оплатит вашу совесть. Подумайте, что вы можете сделать, чтобы обрести покой.

Их провожали настороженными взглядами. Раз Хаято показалось, он слышит женский плач, но и он остался за спиной. Рюичи повернулся к закрывшимся воротам и начертил на них какой-то знак, вспыхнувший и впитавшися в древесину. Хаято хотелось думать, что это на удачу.

В рёкане хозяин после доплаты договорился для них о купальне неподалеку. Сэнто держал его зять, так что им достался целый зал. Однако перед выходом выяснилось, что Рюичи не собирается больше оставлять учителя, а Ишинори по привычке не хочет купаться вместе со всеми – то есть с Хаято. Тот слишком устал, чтобы спорить, но кто бы знал, что Рюичи буквально выпихнет Ишинори из комнаты! Стоя в коридоре, Ишинори походил на обиженного котенка, и Хаято прыснул со смеху.