Книга Портниха-попаданка. Модный дом бывшей жены дракона, страница 85 – Диана Фурсова

Нить закрепили на отдельной направляющей. Она была слишком короткой для обычного натяжения, поэтому Ивелла предложила подложить две полосы чистого полотна, не соединяя их со спорным образцом. Ярина сначала хотела расположить нить по видимому изгибу, но Ивелла остановила мастера.

— Направление крутки обратное. Если положить так, память раскроется с конца и может смешать слова.

— Вы уверены? — спросил верховный судья.

— Нет. Поэтому проверим на чистой нити той же крутки.

Контрольный отрез промолчал в обоих направлениях. Лишь после этого спорную нить установили правильно.

На камне появился знак гильдии. Затем тонкая отметка дома Аркейнов, показывавшая, что нить долго соприкасалась с родовой защитой.

Мерравия спокойно сказала:

— Официальная работа.

Седьмая дуга коснулась медной линии.

Нить натянулась.

— Заключение окончательно, — произнёс голос Мерравии. — Отсрочки не допускай. Пусть он потребует решения сегодня.

На последнем слове золотистый свет в глазах Тарвеля вспыхнул так ярко, что ближайший писец отшатнулся. Сам Тарвель остался неподвижен.

Верховный судья посмотрел на него.

— Вы слышали эту фразу раньше?

— Не словами.

— Объясните.

— В день развода я был уверен, что промедление опасно, а повторная проверка служит лишь попыткой избежать решения. Мерравия говорила то же самое при личных встречах. Я не помню, чтобы она произносила эту фразу рядом с воротником, но камзол находился в гильдии утром перед заседанием.

— Значит, вы считаете, что нить заставила вас потребовать немедленный развод?

Тарвель посмотрел на Ярину, но ответил суду.

— Нет. Она усилила решение, которое мне было удобно принять. Остановиться я мог.

Мерравия усмехнулась.

— Какая благородная попытка разделить вину с тканью.

— Я не делю её, — сказал он. — Я называю способ, которым вы воспользовались.

Третьим предметом стала часть белой императорской мантии, которую на балу носила императрица.

Сама императрица присутствовала в Ткацком зале в простом светлом платье и коротком плаще без вышивки. Она лично разрешила открыть левый край воротника. Работали три человека: Ивелла, независимый мастер и хранитель императорского гардероба. Мерравию к доске не допустили.

Под золотым знаком обнаружились шесть зарегистрированных креплений.

Седьмой стежок проходил диагонально между ними.

От мантии не стали сразу отделять кусок. Сначала карту сравнили с договором. В нём перечислялись защита от повреждений, сохранение формы и право ткани откликаться на знак императорской семьи. Приказной нити не было.

— Ошибка отдельной мастерицы, — сказала Мерравия. — Я уже объясняла это на прежнем суде.

— В трёх официальных нарядах, двух камзолах и мантии императрицы? — спросил верховный судья.

— В гильдии работают десятки людей.

— А голос во всех нитях принадлежит вам, — сказала Ярина.

— Пока это только ваше толкование.

По разрешению императрицы внутренний край распороли на ширину ладони. Независимый мастер вырезал узкую полосу подкладки вместе с седьмым стежком, не задевая золотой знак. Оба конца нити оставили внутри ткани, чтобы никто не мог заявить о поздней замене. Полосу положили на раму.

Гильдейская печать проступила сразу.

Следом появился знак коронационного гардероба и отметка мастера, чьё имя стояло в договоре. Мерравия вновь повернулась к Совету.