Книга Портниха-попаданка. Модный дом бывшей жены дракона, страница 86 – Диана Фурсова

— Рама подтверждает законность происхождения. Госпожа Вейр соединила свою ткань с императорской мантией на глазах у всего зала. Голос появился после её прикосновения.

— Именно поэтому сейчас на раме нет ни одной нити Вейров, — сказала Ярина.

Медные дуги опустились.

Белая полоска дрогнула.

— На первом заседании после коронации все члены Совета должны беспрекословно поддержать нового распорядителя казны.

Голос Мерравии заполнил зал.

На этот раз никто не смог назвать его похожим. Слишком недавно все слышали те же слова в выставочном зале. Та же высота, те же паузы, тот же способ выделять главное не громкостью, а холодной точностью.

Однако Ярина не собиралась останавливаться на узнавании.

— Три голоса могут объявить подделкой, — сказала она. — Три предмета можно назвать случайным нарушением отдельных мастеров. Поэтому я прошу сравнить сами приказные нити.

Мерравия резко повернулась.

— Свидетельская рама не предназначена для соединения разных изделий.

— Она предназначена для проверки последовательности работы, если материалы имеют общее происхождение.

Ярина нашла этот пункт ночью. Он касался споров между ткацкими домами, когда несколько частей одного полотна продавали под разными клеймами. Чтобы установить исходную последовательность, отрезы временно соединяли чистыми держателями и выравнивали по направлению крутки, толщине и следу красителя.

— Эти ткани не были одним полотном, — сказала Мерравия.

— Зато скрытые нити могли происходить из одной партии.

Ивелла уже осматривала три образца через увеличительное стекло.

— Одинаковая крутка, — сообщила она. — Семь поворотов на ширину ногтя. Внешняя окраска разная, под ней тёмная сердцевина. Узлы также совпадают.

Олина и двое независимых мастеров проверили её вывод отдельно.

— Совпадает, — сказал старший из них. — Нить готовили одним способом. Возможно, на одной раме.

— Гильдия использует единые нормы, — возразила Мерравия.

— В зарегистрированных картах такой нормы нет, — ответила Ярина. — Иначе седьмой стежок был бы указан в договорах.

Она не стала сшивать доказательства. Вместо этого попросила изготовить три держателя из чистого дерева и соединить их общей немагической нитью, не касавшейся спорных участков. Каждый образец сохранял отдельное натяжение, но свидетельская рама могла пройти по ним последовательно.

Первую попытку пришлось остановить.

Ярина расположила обрезок супружеского плаща по линии среза, а не по основе. При опускании второй дуги почерневшая нить потянула ткань в сторону.

— Неверный угол, — сказала Ивелла.

— Вижу.

Ярина не стала продолжать из упрямства. Попросила поднять дуги, развернула лоскут и заново сверила направление с воротниковой нитью. Рейса подала бумажную карту, где ещё во второй главе был зарисован угол неправильных проколов.

— Здесь, — сказала девушка. — Свободный конец уходил к левому плечу. Значит, держатель нужно повернуть ещё немного.

Ивелла проверила и кивнула.

Второй раз все три нити легли по одной линии.

Рама загорелась от первого медного края до последнего. На камне появились три гильдейских знака, затем под ними проступила четвёртая отметка — маленький серебряный челнок, окружённый семью лучами.

Такого знака не было ни в одном договоре.

Мерравия побледнела.

— Личный знак мастера, — сказал хранитель архива. — Госпожа Дорн регистрировала его двадцать шесть лет назад, до назначения главой гильдии.